[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "disable": true, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Евгений Зудин", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 8, "likes": 7, "favorites": 5, "is_advertisement": false, "section": "club" }
243
Клуб

Политика бездействия: каким мы хотим видеть государство 21-го века?

Есть такой писатель Георгий Зотов, быть может, вы о нем слышали. Воображение работает хорошо, все остальные качества – не особо выделяются среди прочих. Но сейчас не об этом.

У него есть книга, которая называется «Москау». Альтернативная история, действие которой происходит в 21 веке в мире, в котором Ось победила во Второй Мировой. Но сейчас и не об этом.

В том мире идеология Германии значительно поменялась со времен войны, подстраиваясь под изменяющиеся требования реальности, – а с ней и государственный строй. Государством, простирающимся на полмира, спустя полвека после смерти Гитлера по-прежнему де-юре правит Вождь. Его волю осуществляет Триумвират: три не известных никому человека, которые «могут связываться с Гитлером в Вальхалле и получать от него распоряжения».

Позволю себе процитировать отрывок, чтобы исключить недопонимание (на незнакомые «новоязовские» выражения не обращайте внимания):

--------------------------------------------------

«Девушка презрительно щёлкает палочками для еды.

— Триумвират?! — О, она всегда очень громко произносит название. — Мы живём в стране теней. Глава государства — шизофреник, умерший семьдесят лет назад. Его волю осуществляют три человека, которых никто и никогда не видел в лицо. Вам не кажется это смешным? Полная скрытность и таинство власти. Население не знает имён тех, кто им управляет. Мы слышим выступления по радио, читаем статьи в газетах, но не имеем понятия о внешности членов Триумвирата. Правители-призраки, поглощённые тьмой.

Опять двадцать пять. Вечернее переливание из пустого в порожнее. Да кто спорит — власть в Москау анонимна. В 1942 году, после гибели фюрера на мавзолее, высшим чиновникам рейха запретили публичные выступления. Они перестали появляться на съездах НСДАП, ездить в рейхстаг и собираться в пивных. Но это не помогло. Шварцкопфы открыли настоящую охоту на всех мало-мальски значимых лидеров национал-социализма. В разное время от рук партизан пали рейхскомиссар Украины Эрих Кох, министр финансов Функ, начальник лагерей Эйхман. С годами беспредела на улицах городов империи стало меньше, а шварцкопфы переместились в леса, но власть уже сделала для себя вывод — она всегда будет мишенью. После завершения Двадцатилетней Войны рейхскомиссариаты, кроме Туркестана, перешли на специальную систему управления из трёх лидеров. Триумвират. Теперь партизаны не знали, кто конкретно стоит во главе комиссариата, и не могли организовать покушение. Вожди не ездили на машинах, не летали на самолётах, не появлялись на ТВ. Исключительно радиообращения, да и те зачитывались дикторами с одинаковым металлическим голосом. Лидеры Триумвирата неуязвимы, но самое главное достижение такой системы — их можно было заменить в любой момент, без малейшего шума. В Москау ходили слухи, что политиков-привидений бесцеремонно тасуют, как колоду. Кто-то держался в руководстве рейха месяц, кто-то год. Это не имело значения. Империей управляли мёртвый фюрер и призраки, чьи силуэты расплывались в тумане».

--------------------------------------------------

Интересно в этой истории даже не это: под конец книги оказывается, что Триумвирата, в принципе, не существует. И опять же позволю себе цитату:

--------------------------------------------------

«Даже при существующем уровне Сопротивления, при наличии агентов в аппарате Триумвирата и военном положении, столь сложная и многоуровневая секретность ничем не оправдана. Самые осторожные и мнительные диктаторы в мире, включая Сталина или Муссолини, чьей жизни ежедневно угрожали тысячи врагов, так не поступали. Да, отгораживались охраной, да, ездили в кортеже одинаковых, как клоны, автомобилей, да, имели специальную службу, пробующую еду на случай отравы. Учитывая и тотальную анонимность, и повязки на глаза, и запрет на изображения, и синтезирование голосов, на язык просится один-единственный, но зато верный вывод: схожие действия оправданы лишь в том случае, когда требуется скрыть от общества —

ТРИУМВИРАТА НЕ СУЩЕСТВУЕТ.

Да и, наверное, никогда в природе не существовало. Он попросту не нужен. Если однажды шеф в любой конторе не явится на работу, его подчинённым вряд ли взбредёт в голову сделать то же самое. Они не прекратят протирать штаны на своём месте и выполнять задания — пока получают зарплату. Потому что так положено. И не их дело, куда сгинуло начальство, — возможно, заболело, отбыло в командировку, отдыхает на целебных водах в Карлсбаде. Всем по барабану. То, что осуществимо в масштабах конторы, подойдёт и для целой страны. Гениальное изобретение, настоящий карнавал призраков: рейхом правит диктатура, которой на самом деле нет, но пока люди верят в неё — она реальна. И вермахт, и гестапо, и рейхстаг, и обер-комендатуры, и Трудовой фронт усердно выполняют свою работу, будучи уверены: ими кто-то управляет. Неважно кто, но они есть, эти таинственные и справедливые правители. И что теперь? Триумвират — стерильная имитация, пустышка для публики, целлулоидный формат мнимой власти. Тьфу ты, блядь, до чего противно. Он издевался над этой системой, они с Карасиком стебали Триумвират, но долго и верно СЛУЖИЛИ… Кому? Воздуху?»

--------------------------------------------------

Сама идея, конечно же, не нова. Примерно тот же прием используется почти во всех антиутопиях, например, некий «абстрактный» Большой Брат в «1984» Джорджа Оруэлла.

Мы привыкли воспринимать такие безличные концепты правителей именно в рамках антиутопий, как какой-то признак гипотетического следующего этапа развития тоталитарных обществ прошлого, если бы они победили.

Однако я предлагаю взглянуть на ситуацию под другим углом, а именно, через призму вот этой части:

--------------------------------------------------

«Он попросту не нужен. Если однажды шеф в любой конторе не явится на работу, его подчинённым вряд ли взбредёт в голову сделать то же самое. Они не прекратят протирать штаны на своём месте и выполнять задания — пока получают зарплату. Потому что так положено. И не их дело, куда сгинуло начальство, — возможно, заболело, отбыло в командировку, отдыхает на целебных водах в Карлсбаде. Всем по барабану. То, что осуществимо в масштабах конторы, подойдёт и для целой страны».

--------------------------------------------------

Подумайте и вспомните крайне интересное положение дел на Украине времен Евромайдана, когда он еще окончательно не победил. То время, когда прежняя власть была свергнута, новая – еще не установилась, и наступил такой этап междуцарствия.

Я очень хорошо запомнил этот период, потому что как раз в это время мой отец летал в Киев и живо делился со мной впечатлениями. Аэропорт – работает, таможенники – при делах, магазины – открыты, бизнесы – покупаются и продаются. Только власти нет, то-то и всего.

Потом, конечно, этот период закончился: новая власть утвердилась, и все вернулось на круги своя.

Но давайте сделаем шаг назад и подумаем: сколько бы такое положение дел сохранялось, если его не трогать?

На самом деле, ответ очень простой: пока людям бы платили зарплату. Всё.

Тот же ответ верен и для неявки начальника в офис – пока платят зарплату, люди будут работать. Более того, будут даже придумывать себе задачи для выполнения – если некому будет их ставить.

Это такой кафкианский человеческий муравейник, когда все что-то делают просто по инерции и не могут остановиться. «Выхлопа», может, и нет, но маховик реальности уже раскручен так, что инерции его движения хватит на десятилетия вперед, если ему не мешать.

Моя мысль проста: наш мир и человеческое общество достигли на данный момент такой структурной сложности, а взаимозависимость всех элементов, входящих в их систему, настолько колоссальна и непредсказуема, что абсолютно невежественно думать, что «если государства не будет – всему хана».

На самом деле на данном этапе развития общества нужно не государство – нужна видимость его существования. Люди должны знать, что государство есть, государство их защищает, мир, в котором они живут, прочен и незыблем. В то время как на самом деле государство, фактически, может не существовать. Необходима лишь иллюзия деятельности. Как студенту на парах.

Тем не менее, не все так просто. Как только человек раскусит иллюзию – возникает опасность. Даже если человек будет получать зарплату и видеть стабильность мира вокруг, изнутри его будет пожирать беспокойство, тревога, постепенно перетекающие в панику: «Как это государства нет? Значит, у нас анархия? Значит, со мной могут сделать, что захотят? Но ведь, получается, и я могу делать, что захочу? А что если завтра потоп?». Человеку нужна внутренняя уверенность в завтрашнем дне – не абсолютная, но хотя бы достаточно веская причина верить, что завтра будет всё «примерно так, как сегодня». Отсутствие государства уничтожает эту уверенность под корень – страшнее, наверное, может быть лишь знание (а не вера или предположение), что на следующий день прилетят инопланетные захватчики истреблять человеческую расу. Попробуйте представить ситуацию, когда вы именно знаете это, а не просто фантазируете или смеетесь на эту тему – вы поймете, о чем я говорю.

Конечно же, это фантазия. Никто не способен мастерски поддерживать иллюзию существования государства в его отсутствие. Это возможно только в пределе одного художественного произведения. Да это и не нужно: мы за свободу личности, а эта свобода предполагает уважение к ней и ее право на понимание мира, в котором она живет.

Моя же мысль значительно приземленнее и отчасти навеяна «Антихрупкостью» Нассима Николаса Талеба: не трогай то, что не понимаешь.

Когда система мира характеризуется взаимосвязью миллиардов элементов, которую ты не можешь постичь и просчитать, – каждое значительное действие, затрагивающее большое число взаимосвязанных элементов (например, принятие закона), вызывает цепную реакцию непредсказуемых последствий совершенно неизвестного масштаба.

В медицине есть такое понятие, как «ятрогения» – это причинение вреда пациенту действиями или советами врача. Это понятие можно заменить одним русским глаголом: «залечили». То есть лечили то, что можно было не лечить, а дать организму самостоятельно восстановиться. Ребенку вырезают миндалины из-за того, что у него воспалилась горло. Легкий грипп, который организм сам способен побороть, атакуют сильнейшими антибиотиками. Вы сами можете продолжить этот список.

Но организм это еще не такой сложный организм, как общество. Тот же самый эффект мы наблюдаем во всех областях человеческой деятельности. Принимаем законы, которые можно не принимать. Лечим те общественные болезни, которые общественный организм может самостоятельно победить. Пытаемся урегулировать те сферы, глубинные механизмы функционирования которых не понимаем в силу их сложности и взаимосвязанности элементов – и вызываем последствия, которые лежат на шкале от «неприятных» до «катастрофических».

Подспудно мы сами это понимаем, не зря у нас есть присказка: «Ну, как-нибудь само уладится». Чаще всего именно так и происходит. Это накопленный веками опыт.

И если в прошлые века влияние глобализации практически отсутствовало и забавляться с регулированием всего и вся было более-менее безопасно, то теперь, когда жизнь рядового работника Уралмаша косвенно связана с политической обстановкой в Венесуэле, – это непозволительная роскошь.

Если бы я мог влиять на фундаментальную политику государства, я бы провозгласил простой принцип, который должен лежать в основе любого принимаемого властного решения: принцип бездействия. Он заключается в том, что государство имеет право вмешиваться в жизнь общества только тогда, когда это вмешательство жизненно необходимо для стабильности общества и его развития, при этом масштаб такого вмешательства должен быть минимально возможным.

Если сказать проще: государство должно бездействовать все время, когда без действий можно обойтись. А если государство решает вмешаться, то оно должно сделать это наименее болезненным и наиболее аккуратным и щадящим способом.

Причина, по которой я решил написать это, проста: в офтопе начала складываться очень приятная атмосфера для действительно умных и насыщенных обсуждений, и данной статьей я хотел бы подстегнуть ее.

Давайте пофантазируем и порассуждаем. Конечно, это утопично и идеалистично - но разве не для этого мы молоды, чтобы мечтать и мыслить глобально?

P.S. Я очень долго думал, какую картинку прикрепить к статье (дольше, чем ее писал:) ), потом плюнул и решил, что лучше вы просто все понаслаждаетесь красивой обложкой к альбому Ancients - Star Showers on the Euphrates, ибо гениально.

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": true }

Лучшие комментарии

Дискуссии по теме
доступны только владельцам клубного аккаунта

Купить за 75₽
Авторизоваться

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность писать комментарии и статьи
  • общение с членами клуба
Подробнее

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность читать и писать комментарии
  • общение с членами клуба
  • возможность создавать записи

Сколько это стоит?

Членство в клубе стоит всего 75₽ в месяц. Или даже дешевле при оплате за год.

Что такое клуб?

Клуб ТЖ это сообщество единомышленников. Мы любим читать новости, любим писать статьи, любим общаться друг с другом.

Вступить в клуб

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Вы не против подписаться на важные новости от TJ?

Нет, не против