[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "disable": true, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-101273134", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=byaeu&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid11=&puid12=&puid13=&puid14=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Никита Лихачёв", "author_type": "self", "tags": ["\u043a\u0430\u0442\u0435\u0433\u043e\u0440\u0438\u044f_\u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u0432\u044c\u044e","\u0441\u043f\u0430\u0441\u0438\u0431\u043e_\u0435\u0432\u0430","\u0435\u0432\u0430","\u044e\u0440\u0438\u0439_\u0434\u0435\u0433\u0442\u044f\u0440\u0451\u0432"], "comments": 126, "likes": 0, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section_name": "default" }
266 548

«Я больше не хочу удовлетворять аудиторию девственников»

8 марта, в день своего двухлетия на портале «“Спасибо”, Ева!» вместо главной страницы появилась заглушка с обратным отсчётом. Создатель и идеолог проекта Юрий Дегтярёв рассказал нам о причинах перезапуска и о том, какой будет новая «Ева».

Изначально — против объединения

В начале игры на поле объединённой группировки мне казалось, что при автономном существовании видеоблогеров в определённый момент начнётся конкуренция. Тогда, в 2011 году, ещё ничего не предвещало, что у этих парней может быть большая аудитория. На самом деле, когда я познакомился с Русланом Усачевым, я был против того, чтобы мешать аудиторию: условно, кого-то смотрят мальчики, кого-то девочки. Потом я понял, что просто параллельно существовать не получится, будет война. Объединившись, мы от войн себя не оградили, но площадками воевать интереснее.

Условия для авторов

Видеоблогеры в основной своей массе были школьниками-переростками, делающими откровенно низкокачественный продукт. Я, учитывая мой опыт работы, был всегда за профессионализм и создание чего-то такого, что может выходить вне тусовки, о чём может говорить СМИ. За годы работы с My Duck's Vision мы создали 5-6 проектов и были избалованы вниманием разнообразных СМИ, и мы хотели привлекать его на новую площадку.

Всё, что мы создавали на «Еве», шло с условием: авторы не выпускают там те форматы, за счёт которых сделали себе имя. Если Усачев делал ролики про кино, то снимать их на «Еве» он не будет. У площадки должен быть смысл существования — это не просто место, где они все собрались.

твитнуть

Все проекты на «Еве» должны были быть придуманы мною. Если это не придумано мною, это на «Еве» не выходит.

В этом случае я мог полностью брать ответственность на себя в случае поражения, а успех делился равномерно. Мы стали продумывать проекты, которые стали бы привлекать внимание СМИ. Появились проекты-надстройки на модной темой популярных Твиттеров и страниц ВКонтакте. Где-то через месяц после рождения «Твитоты» мы придумали идею со взломом Твиттера Медведева — так мы добились комментария от его пресс-секретаря Натальи Тимаковой.

В чём была ошибка

В какой-то момент мы забыли, что наша основная цель — делать то, что интересно не только нам и нашей аудитории, но и людям вовне. У нас может быть хоть миллион, хоть десять миллионов подписчиков, но тех, кто о нас ещё не знает, всегда больше. Не помню момент, когда эта стратегия забылась, и мы начали думать о количестве выпускаемых программ и стали брать авторов с уже существующими проектами, придуманными не мною.

Деликатное общение с аудиторией сменилось матерным брутфорсом. Мы ошиблись в тактике: нам не нужно было расширяться до узколобой молодёжи, нужно было плавать в своей аудитории, представители которой не были абсолютными деградантами.

твитнуть

Мы были лабораторией, где синтезировали формулы успеха, но вместо создания лекарства от рака мы выпускали кока-колу.

Хуже всего, что мы стали сами себя уговаривать, что кока-кола лечит рак, и продолжали себя обманывать. Взрослая аудитория молча уходила. Ни на одном интервью мы не могли сказать ничего этакого, что бы нас отличало от конкурентов — по крайней мере, визуально. Наша продукция вышла из под контроля, как ЛСД из лаборатории Альберта Хофманна.

Недоразвитый ребёнок

Для входа в индустрию нужна была камера, лицо, которое не заикается (а если заикается, можно нарезать) и хоть сколько-нибудь интересная тематика. С тех пор больше развития не было. Случился сдвиг в развитии видеоблогинга, и практически все, кто в нём участвовал, не вписались в поворот. Они настолько сильно врезались в дерево, что от болевого шока им кажется, что они ещё рулят.

Сейчас видеоблогинг напоминает детей, которые пролежали в утробе матери девять месяцев, и сама физиология уже выталкивает их из живота. Но так как творческий рост, в отличие от физиологического, не заложен в ДНК, они продолжают там сидеть.

твитнуть

Меня вытолкнуло осознание того, что я сам перестал смотреть те ролики, которые производит «Ева».

Тусовка представляла собой этакий таинственный остров, куда редко ступала нога человека, а если и ступала, то он выходил и говорил: «Блять, это пиздец, там есть странные формы жизни!» Потом аура романтики растворилась. Мы презираем ту тусовку, которую сами же и создали.

Роль YouTube в процессе деградации

В развитии деграданства, конечно, подсобил сам YouTube, в определённый момент врубивший в России партнёрскую программу. Зарабатывать смог любой подросток, просто выкладывая записи своих игр или что-то даже более примитивное. Это как на бесперспективной работе: зачем делать хорошо, рисковать и проявлять инициативу, когда тебе всё равно платят тридцать тысяч в месяц? Если автор знает, что за шесть роликов в неделю он получает 1000 долларов, то думать о чём-то ещё — тратить время, в которое можно записать ещё шесть роликов.

YouTube постоянно поддерживает интерес к себе за счёт раскручивания таких историй успеха, как Gangnam Style. Зрителя гипнотизируют: «У чувака миллиард просмотров! Я тоже так хочу! Я же тоже мог сделать Harlem Shake! Я тоже могу быть первым!». И ты как в секте, где вроде как и можно стать лидером, но таких желающих миллиард.

Если выйти из этого зомбирующего круга, ничего не произойдёт. Для нас это потеря лишь 20% того, что наша большая цифровая секта развивает: у нас в активе мобильные игры, презентации, фильмы, комиксы, телевизионные сериалы — некая подушка безопасности, которая позволит нам не думать о клепании еженедельного ширпотреба.

Диверсификация активов

В студии My Duck’s Vision мы никогда не занимались продажами и не искали спонсоров, они всегда приходили сами. Я не могу идти к человеку и рассказывать ему гениальную идею, которая стопроцентно сработает и слышать в ответ: «Ну я не знаю». Я бешусь и не хочу рассказывать ему вторую идею, хочется плюнуть в рожу и уйти. «Ева» же приносит деньги, которые нам приходится в большинстве случаев искать. Имидж мы накачали себе выше крыши, но он с трудом конвертируется в деньги.

В My Duck's Vision есть целое крыло из десяти человек, которые занимаются только презентациями. Оно образовалось после ролика про Макдональдсы. Пришла к нам одна компания и потребовала: «Хотим такой же ролик». Мы говорим, что можно сделать римейк, но второго такого же ролика с такой же идеей быть не может. Путём долгих переговоров мы предложили им презентацию с красивой графикой, которой ни у кого нет. Они показали её на каком-то своём съезде, и их тусовка заинтересовалась: «А кто это сделал?» И пошла тема.

твитнуть

Я никогда не был художником, который рисует картину и обвиняет окружающих в том, что никто её не понимает.

Про Сталина говорят: «Он взял Советский Союз в лаптях, а оставил с атомной бомбой». Наша история — похожий пример: мы начинали с пародий на рекламу, а закончили роликами, которые показывают в Давосе и ставят заказчиков в очередь. Школьники думают, что My Duck’s Vision выпускают один ролик в месяц и очень хуёво живёт. Но это как раз тот пример, когда деньги любят тишину.

Об источниках финансирования

Не важно, откуда у нас были деньги, важно, что мы делали на них то, что хотели, то, что мы умеем делать лучше всего — придумывать и реализовывать. Дальше вопрос исключительно внутренних ограничений. Мне не нравится оппозиция, я никогда не стану для неё ничего делать. Всё остальное — творчество. Главное — не обманывать себя.

твитнуть

Я не знал ни одной площадки, даже на Западе, которая работала бы с политиками, говорящими тебе: «Делай что хочешь».

Hugo Boss вообще шил форму нацистам, но костюмы-то хуже от этого не стали. Для меня эта аура формы для нацистов даже интересна тем, что он смог из этого вылезти. Его не разбомбили в Берлине, он остался жив. Если в исторических книгах будет история про взлом почты перед выборами, мы будем там одним из ярких пунктов.

Движение вперёд

Всё, что я сейчас пересказывал — это успех, который был год назад. За прошедший год были только вечеринки и репортаж на MTV, и я уже как дед рассказываю: «Вот, внуки, а когда мы были молодыми…» Нужны новые поводы собой гордиться.

Я не разочаровался в видеоблогинге вообще, я разочаровался в людях, которые не понимают, что рост необходим, как и риск. Никакие бонусы не могут разбудить в них то желание, которого у них нет просто по умолчанию. На наших летучках я говорю масштабные речи, которые могут даже мертвецов вдохновить на воскрешение. Вдохновляются, конечно, все, но потом они выходят и 90% принимаются за старое: «Да, развитие, круто, ага» и снова пошли музщиты.

От таких авторов я избавился как от лишнего груза, либо уволив, либо доведя их до решения уволиться. Психика некоторых наших бывших сотрудников была весьма ранима, и доведение до увольнения, когда сотрудник думает, что он ушёл сам, было моим коронным добрым поступком.

твитнуть

На фестивале дешёвой панк-музыки нельзя выйти на сцену и сыграть на пианино, чтобы это не смотрелось странно.

Идеи, которые возникали фоном, не вписывались в уже существующую концепцию. Тратить время на раскрутку нового ресурса не было желания. Кризис «Евы» заставил меня собрать всех авторов и сказать, что теперь мы двигаемся в совершенно другое место. Несогласные с моим курсом были выброшены за палубу, освободив больше пространства для новых лиц.

Создатели сериалов станут для нас примером

В производстве сериалов от возникновения желания создать продукт до его появления на телевизоре проходит минимум год, и никакой гарантии, что если пройдёшь все эти этапы — придумаешь синопсис, проведёшь кастинг и закончишь съёмки — твой сериал взлетит. Внезапно, твоя радикальная идея про химика-метамфетаминщика может оказаться никому не интересна. Но психология создателя сериала должна быть примером для видеоблогера.

Рядовые блогеры думают, что если их не смотрят хотя бы месяц, то они забыты. Вроде ты есть, но люди отвернулись и смотрят других. А эта большая масса только кажется конкуренцией.

Представь, что Metallica выпускает по песне в неделю? Это смешно. Они могли бы закрыться в студии с пакетом кокса и наклепать столько песен, сколько захочешь, но в этом нет смысла с точки зрения творчества. А вот в видеоблогинге речи о творчестве не идёт вообще, поэтому он и не составляет серьёзной конкуренции телевидению. Мы пока к этому даже близко не подошли.

твитнуть

Видео в интернете могло стать киллером ТВ, ходя за ним и давая понять, что в один прекрасный момент его могут ёбнуть.

Если формула еженедельного видеопроизводства не позволяет заниматься экспериментами, то это еженедельное видеопроизводство необходимо убрать. Просто убрать и попытаться за месяц сделать один ролик, но более масштабный, чем четверо других вместе взятых.

У нас был такой эксперимент, когда Сэм Никель трогал тысячу девушек за грудь. От идеи его создания до выпуска прошло три месяца, но зто он принёс около 30 млн просмотров по всему миру. После него о нас рассказал и Джон Стюарт, и 50 Cent в блоге написал. А для аудитории это выглядело, как будто MD Vision скурвились и три месяца ничего не выпускают: «Ухожу нахуй, буду смотреть 100500. Он делает обзоры каждую неделю и не жалуется, что устаёт». Мы хотим поменять эту психологию зрителя.

Расширять сознание

Нужно всегда думать шире. Почему так держат фильмы Тарантино? Потому что там нет банальных ходов. Представь, снимают фильм о восстании зомби в Москве. Кто должен первым воскреснуть? Все говорят: «Ленин». А пусть воскреснет мертвец из могилы неизвестного солдата: его никто не видел, он последний, о ком можно подумать, это удар по сильнейшему образу в стране. Это круто и непредсказуемо.

Я тут недавно новость прочитал, как какой-то чувак в Краснодаре могилы поджигал. Наливал бензин и поджигал, представляешь? Ебать, как это в голову вообще могло прийти? Меня вдохновил этот чувак, он ебанутый. Ты в своих чернушных снах уже миллиарды разных вариантов представлял: и раскапывания, и оборотни, и мертвецы, но поджигатель могил — это гениально. Это то, до чего бы ты не дошёл сам. Видишь такое и чувствуешь, как в мозгу что-то подвинулось.

Когда кого-то называют психом, ты представляешь, что он, например, разговаривает сам с собой, если маньяк, значит, убивает кого-то, в общем, есть набор штампов. А поджигатель могил — какой тут нахуй штамп? Ты не знаешь, что он сделает завтра. Он непредсказуем: только он знает, что у него в голове. Мне было бы интересно следить за таким видеоблогером.

Для чего нужен перезапуск

Мы берём некую временную паузу, после которой возродимся, превратимся из гусеницы в бабочку (банальный пример). Мы будем готовить проекты, которые всё это время откладывались из-за нехватки времени. Через какое-то время мы покажем сложные формы и новый смысл.

твитнуть

Если ты открываешь новый проект, ты не должен убеждать людей, что он новый — это должно быть видно сразу.

Почему мы перезапускаемся? Если — нет — когда мы привлечём внимание новым роликом, новым людям понравится и они зайдут на «Еву», чтобы узнать, что это такое, они снова увидят тонны старого говна и скажут: «А, это у них случайно получилось просто». Нужно, чтобы была заметна разница, как ты замечаешь изменения в человеке, которого не видел полгода. Очень сложно доказывать это, как ребёнку, который не знал, что гусеница превращается в бабочку. Для него стадия кокона — это понимание того, что гусеница сдохла. Но когда появляется бабочка, становится ясно, для чего это всё было.

Для нас это первый раз за два года деятельности, когда мы перестраиваем механизм работы. Мы будем выпускать более деликатные вещи, как и раньше, ориентируясь только на своё мнение, не думая, что если какая-то идея слишком сложная и фанаты её не поймут, мы её не реализуем. Похеру: мы понимаем, она нам нравится, делайте, запускайте.

Мы будем менять подход к темпо-ритму производства видео. «Длинные» ролики будут формировать генеральную линию проекта. В них будет больше смысла, чем просто поржать, при этом это не отменяет юмористического содержания. Качественнее картинка, содержание, сценарий. Мы отказываемся от проектов, где видеоблогер выражает свои мысли через простые формы вроде «говорящих голов». Основной критерий: если по нашим ощущениям это где-то уже было, мы этого не делаем.

твитнуть

Мы рискуем вернуться с новой оболочкой и быть не понятыми никем, стать Ван Гогом нашего поколения.

Может, мы всё проебём. Может, мы все и посходили с ума и вместо того, чтобы развивать то, что приносит до 100 тысяч человек ежемесячно, мы всё бросаем и говорим: «Идите нахуй». Это всегда риск, но лучше сделать и жалеть, чем не попытаться и делать музщит. Это такой карьерный рост, который может вполне оказаться дауншифтом.

Аудитория новой «Евы»

На новой «Еве» будет меньше тинейджеров, потому что я больше не хочу удовлетворять только их интересы. Это уже не вызов. «Чарли Шин на Селигере» был целой спецоперацией, всё было распланировано, но такого адреналина сейчас нет.

Многие из нас просто переросли то, что мы делали два года назад. Тогда мы ещё могли молодиться и обманывать себя, что мы можем делать контент для 19-летних, но нам приходилось спускаться до их уровня. Я не хочу в 30 лет, дай Бог, с двумя-тремя детьми, думать на уровне подростков. Я буду себя обманывать, а я не люблю себя обманывать.

твитнуть

Я больше не хочу удовлетворять аудиторию девственников.

Мы хотим попытаться, чтобы аудитория была как минимум одного возраста с нами. Это неудовлетворенная аудитория, которая хотела бы смотреть в Рунете что-то более «изысканное», чем то, что в Рунете есть, но этого самого «изыска» почти не находит.

Последний ролик, который мы сделали совместно с Дюраном — идеальный пример. Выложили его среди своей аудитории и получили комментарии в духе: «А-а-а, хуйня, предсказуемо, что за пиздец». За две недели — 500 тысяч просмотров, при том, что на ролик повесили галочку «Не смотреть без регистрации» и открыли возможность встраивания. Лайки, просмотры и распространение ролика доказывают, что эта аудитория есть, но она молчит: она молча смотрит, молча лайкает, молча пересылает своим друзьям, но комментарии почти не оставляет.

После этого ролика от нас отписалось 50 человек, а пришло новых 500. Что ж эти новые не написали, что им нравится и всё круто? Потому что они не хотят. Я не пишу комментарии. Если мне ролик понравится, я его молча всем перешлю.

Я иногда специально пытался разузнать, что именно не понравилось тому или иному зрителю. Один оставил под роликом Никеля комментарий в духе «Не смешно». Я спросил, что он ожидал увидеть. «Ну я вот хотел, чтобы смешно говорили по-английски, как раньше». Чтобы ему было смешно и интересно смотреть ролик, достаточно, чтобы герой забавно говорил на ломаном английском… Уровень!

твитнуть

Равняться только на тех, кто проявляет активность, это как равняться на марши несогласных — там одни крикуны.

Я думаю, что потолок аудитории — это миллионов 30, и самое интересное, что аудитория растёт, её вкусы меняются. Если ты снимаешь для 13-летних, то через два года они вырастут, их вкусы изменятся, и тебе нужно будет либо адаптироваться, либо привлекать новых. А кто они, эти мутанты? Я уже не понимаю современных подростков.

Саморефлексия

Я недавно смотрел передачу на НТВ, после которой у меня целую неделю была депрессия. Один из авторов «Маски-шоу» давал интервью — тот чувак, за которым ты в детстве следил с восторгом и ждал с друзьями девяти вечера, когда начнётся его программа по Первому каналу. В своё время они были прорывным форматом, какими были и обзорщики с летсплейщиками три года назад. Спустя 18 лет один из этих былых звёзд говорит, что хочет покончить с собой, так как ему надоело жить. И ты понимаешь, что в какие-то дни из этих лет были предприняты неправильные шаги.

твитнуть

Мы медленно превращаемся в «Маски-шоу».

Игорь Угольников: время шоу «Оба-на» отыграло, но он ушёл в продюсирование и стал серым кардиналом. Иван Демидов: с «Музобоза» он вырос до замминистра культуры. Это нормально: ты перерастаешь это, тебе надоело. Жене, с которой ты прожил десять лет, лучше признаться, что ты от неё устал, чем ещё много лет жить с этим человеком — это вопрос одного серьёзного разговора. Нужно прислушаться к себе и всё. Есть знаки, и их нужно уметь ловить. А более понятного знака для меня, чем «я не смотрю передачи на ресурсе, который делаю», и представить нельзя.

(Задумавшись, Юра закуривает сигарету не с той стороны)

На днях был совершенно особый знак. Суббота, еду в такси на встречу. Не выспался, но спать в машине не стал, выпил банку Редбулла и воткнул в уши плеер. Переписываюсь с коллегой, пишу в смс: «Я сейчас так же вдохновлён, как перед первым запуском “Евы”». Секунды через две в моё такси врезается возвращавшийся с митинга оппозиции военный грузовик — прямо в то место, где я сидел. Спасибо случаю и Редбуллу, успел сгруппироваться и отпрыгнуть на соседнее сиденье. Все в шоке, а мне ни царапинки, лишь ощущение позитива, как после катания на американской горке.

Хороший знак — стало быть, правильно двигаемся, иначе бы уже червячков кормил. Только оппозицию стал ненавидеть ещё больше.

«Спасибо», Юра,
Никита Лихачёв,
The Twi Journal

#Категория_Интервью #Спасибо_Ева #Ева #Юрий_Дегтярёв

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": true }

Лучшие комментарии

Дискуссии по теме
доступны только владельцам клубного аккаунта

Купить за 75₽
Авторизоваться

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность писать комментарии и статьи
  • общение с членами клуба
Подробнее

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность читать и писать комментарии
  • общение с членами клуба
  • возможность создавать записи

Сколько это стоит?

Членство в клубе стоит всего 75₽ в месяц. Или даже дешевле при оплате за год.

Что такое клуб?

Клуб ТЖ это сообщество единомышленников. Мы любим читать новости, любим писать статьи, любим общаться друг с другом.

Вступить в клуб

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Вы не против подписаться на важные новости от TJ?

Нет, не против