Никита Лихачёв
4 122

Русские не сдаются: что делать, если мировая корпорация убила твой стартап

Команда молодых российских разработчиков сделала приложение, позволяющее записывать 16-секундные видеоролики и делиться ими с друзьями. Sitcam имел далекоидущие планы и большие шансы на успех. 20 июня принадлежащий Фейсбуку Instagram добавил в своё приложение функцию снятия видео: так одним апдейтом большая корпорация убила восемь месяцев развития молодого стартапа.

В конце прошлой недели Sitcam официально появился в App Store. Мы решили разобраться, как ребята делали свой сервис, что произошло с ними после удара судьбы и смогли ли они от него оправиться.

Как вы вообще додумались сделать такой видеосервис?

Лолита: Идея создания сервиса пришла к Рустаму на лекции Цукерберга в Москве.

Рустам: В начале ноября 2012 года приехал Марк. Он очень много рассказывал про Инстаграм, и я подумал, что ни у кого до этого не получилось сделать Инстаграм для видео. Специальные видеоприложения были жутко неудобными: SocialCam набирал виральность за счет спама в Фейсбуке, Cinemagram делал гифки, а Viddy грузилось семь-десять минут из-за очень высокого качества.

Я до этого думал про видеосервис, но не знал, как сделать его интересным. В самом процессе видеосъемки нет фана, даже если ты наложишь фильтры и музыку. Фотографии — это другое, там получается красивая картинка. А видео не должно быть красивым — оно должно быть прикольным.

Изначальный концепт приложения был таким: четыре видео по четыре секунды объединяются в один 16-секундный ролик. К концу ноября мы уже нарисовали первый дизайн и сели за код. Работали потихоньку: конец года, полной отдачи не получалось.

Vine появился еще в августе 2012 года. Кевин Роуз, создатель Digg, выкладывал ролики к себе в твиттер, и был ажиотаж: что это за штука такая? Мы увидели эти ролики и подумали: а чего париться? Давайте скопируем формат съемки. Все равно кто-то сопрёт.

Были мысли о том, что, возможно, эти разработки запатентованы. Понятно, что если бы мы ничего не привнесли, никто не стал бы нами пользоваться. Мы решили остановиться на 16 секундах, привязать приложение к Цукербергу и поменяли весь дизайн. Мы полностью заточили Sitcam под Инстаграм: даже на логотипе стоит такой же шрифт Billabong.

Почему на логотипе изображен лук?

Рустам: Сарказм. Здесь нет связи с луками в смысле look, это отсылка к сатирическому изданию The Onion. Ну и в App Store в разделе фотоприложений везде на иконках камеры, а мы решили выделиться. Само название — Sitcam — производное от «ситкомов», комедии положений. Даже в приложении у нас не лайки, а клэпы — аплодисменты. Над каждой деталью мы долго потели, но главный момент — что Инстаграм сделает все то же самое — мы как-то и проглядели.

Какие этапы были дальше?

Рустам: В апреле 2013 года мы получили рабочий прототип. Начали вести блог, чтобы рассказывать о дальнейших успехах.

Лолита: Мы видели статистику, как люди кликают на ссылки; аудитория, просматривающая видео в Ситкаме, была большой, хотя у нас было всего 100 бета-тестеров — максимум из того, что позволяет TestFlight. Я поняла это в тот момент, когда мне стали приходить письма от совершенно незнакомых людей: «Лолита, мы тебя не знаем, но мы следим за Ситкамом и читаем твой блог».

Лолита говорила, что вы даже фильтры назвали в честь вещей, связанных с Цукербергом?

Рустам: Да. Вирусность была даже внутри приложения: у нас 16 фильтров и 16 секунд видео. Мы хотели каждому фильтру дать название из любимой фразы Цукерберга, разбив ее на отдельные слова: «All children are artists; the problem is how to remain an artist once you grow up». Это слова Пабло Пикассо, которые Цукерберг процитировал на лекции в Москве. В ней как раз 16 слов.

Потом мы решили, что это будет слишком очевидным целованием задницы, поэтому для названий фильтров взяли 16 фактов из хронологии жизни Цукерберга. 1984-й — год рождения, месяц — май, город — Нью-Йорк, учился в школе Артсли, перешел в школу Эксетер, поступил в Гарвард, жил в общежитии Кёркланда, создал Facebook, пришел Питер Тиль, они переехали в Калифорнию, набрали 100 миллионов, Марк женился на Присцилле, стал человеком года по версии Time, его собака по кличке Beast, купили Инстаграм и достигли миллиарда пользователей. Все.

Лолита: Мы просто хотели привязать продукт к большому бренду Facebook.

Рустам: Люди любят Инстаграм. Давайте сделаем им такой же Инстаграм, только с движущимися картинками. Мы прошарили все публикации про Инстаграм с 2010 года и старались воспроизвести их поведение, их подачу в медиа. Например, за месяц до релиза они начали рассылать инвайты на бета-тест приложения, и от этого внимание к проекту повышалось. Поэтому Лолита прислала инвайт тебе, Владу Цыплухину, Антону Красовскому, Мите Алешковскому, чтобы все выкладывали ситкамы в Твиттер и Фейсбук. В какой-то степени это сработало.

После того, как запустился Vine, мы ничего не меняли. Только Ярослав придумал удалять последний момент — то, что в итоге запустил Инстаграм. Ярослав ещё тогда посмотрел на это и подумал, что нас кто-то сдал. Как будто Лолита — такой засланный агент, который сливал всё нашим конкурентам. А Лолита с Ярославом думают, что это я сдал. (смеются)

Мы относились к Инстаграму исключительно как к фотошеринговому приложению.

твитнуть

Уверен, что до слуха в TechCrunch о появлении в Инстаграме видео, никто не воспринимал это приложение по-другому.

Все сервисы, которые копировал Фейсбук, проваливались. Но ни один хитрец не додумался, что Инстаграм — это не Фейсбук, хотя и принадлежит ему. Инстаграм любят все, и ему ничего не стоит развить свою концепцию дальше. Мы знали, что им это когда-нибудь понадобится, но мы не ожидали, что они будут делать это сами, поэтому мы и делали Sitcam для Фейсбука.

На Фейсбуке миллиард человек. Отличная площадка для флешмоба.

А где конечная точка? Ты встречаешься с Цукербергом, поздравляешь его с десятилетием, показываешь ему Sitcam, он говорит тебе «Молодец, заебись получилось», на Техкранче и ещё паре десятков крупнейших изданий выходят статьи о вас. И что?

Рустам: И ничего. Проект существует дальше, но с большой аудиторией и готовое к монетизации. Сейчас история с флешмобом уже не прокатит, и нам нужно придумать, как привести людей в проект.

Когда мы начали вести переговоры с инвесторами, все балдели от этой идеи. Все понимали, что мы не говорим «купите нас», а хотим сделать подарок. До него далеко, но история-то раскручивается, и пользователи даже не узнают, что ответит Цукерберг и ответит ли он, если мы медийно «подарим» ему проект.

Вы начали искать инвестора только этой весной?

Рустам: Мы и не начинали. Есть израильский фонд, который обратился к нам после публикации на «Стартап-Афише». Игорь Мацанюк, например, сам обнаружил наш блог.

Лолита: Когда мы пришли к нему в офис, его помощник встретил нас словами: «А, это вы те ребята с прикольным блогом?» Блог получается действительно забавным. Я могу в пост о качестве видео вставить заголовок «Don't lose the quality, daddy», например; или новость о том, что мы запилили push-уведомления, назвать «Push it to the limit».

А что он вам советовал? «Ребята, быстрее запускайтесь, быстрее»?

Рустам: Нет, мы просто поговорили с ним о проекте. Например, как принимать решения, когда придут инвесторы, или когда возникнут вопросы поднятия нового раунда. На самом деле, беседа длилась полчаса максимум.

А до этого вы существовали только на свои деньги? Кстати, сколько человек в команде?

Рустам: Нам не нужно было существовать. Мы занимались тем, что переманивали в стартап людей с основных работ. Помимо нас с Лолитой еще есть Ярослав, Витя и Никита. Мы с Ярославом занимались концептом, Ярослав вел переговоры с инвесторами. Витя и Никита кодили. Дизайн отрисовал друг за пять тысяч рублей.

твитнуть

Когда Инстаграм ввел видео, стало ясно, что нам не нужно отстаивать идею видеоприложения перед инвесторами.

В итоге нашли инвестора?

Рустам: Мы нашли людей, которым стало интересно. Переговоры ведутся до сих пор: многие инвесторы приходили и сразу уходили, потому что не было прибыли. Мы тогда еще не говорили про наш «план B» — кэштеги. Думаю, инвестор скоро все-таки появится, потому те, кто с нами вели переговоры с мая, не ушли даже после новости о видео в Инстаграме.

Лолита: Когда Инстаграм ввел видео, стало ясно, что нам не нужно отстаивать эту идею перед инвесторами.

Из Инстаграма в итоге кто-нибудь узнал про ваш проект?

Лолита: Мы писали Джошу Констайну — он пишет на Техкранч, но раньше работал на Фейсбук. Куда только ему ни писали — он не ответил.

А на наших российских девушек из Facebook вы выходили?

Рустам: Нет, на местных мы решили не выходить. Мы решили выходить на тех, кто привязан к головному Facebook. Писали известному техноблогеру из Тель-Авива. Даже Скоблу написали. TechCrunch привязан очень сильно: судя по тону материалов Констайна и главреда Алексии Тсотсис, они за Фейсбук убивать готовы. Мы связывались с ними всеми мыслимыми способами, но их внимания не добились.

Лолита: Может, и добились, но мы об этом не знаем. Сейчас понятно, что как раз тогда, когда мы скидывали им всю информацию о проекте и писали: «Эй, привет, чуваки, мы тут сделали подарок Цукербергу», у них уже шли разработки видео в Инстаграме.

Рустам: Нам же не нужно было отчитываться за инвестиции и писать серьезные письма. Мы были простыми ребятами, которые делают прикольный стартап. И он был прикольным до 20 июня. (смеются)

Что вы делали после того, как в понедельник 16 июня появился слух о том, что скоро в Инстаграме появится видео?

Рустам: Сперва мы очень сильно нервничали, что если Инстаграм это запустит, нам придется отказаться от идеи флешмоба. Весь проект был основан на идее этого флешмоба.

твитнуть

Мы были простыми ребятами, которые делают прикольный стартап. И он был прикольным до 20 июня.

Лолита: Я видела это не только как флешмоб и видео-фан. Мне бы хотелось, чтобы журналисты использовали ситкамы в своих заметках. Было бы ведь круто, если бы репортаж из Крымска или Ярославля сопровождался короткими видео роликами. Мне хотелось доказать всему миру, что кучка людей из России и без всякой поддержки может сделать что-то значительное, что понравится многим людям по всему свету.

Рустам: То есть подтвердить реальность такой американской мечты, from the bottom. Без родительских денег и помощи сделать что-то крутое.

Лолита: У нас в России нет таких людей, к которым можно прийти со своей идеей. У нас нет YouTube, нет Google. Самое мощное — это «ВКонтакте» или «Яндекс».

В чём была ваша ошибка?

Рустам: Надо было запускаться быстрее. Если вспомнить, то первая версия Инстаграма, появившаяся в App Store, была дико примитивной: только фотография с фильтром, лайки и комментарии. Не было даже хештэгов, без которых сейчас Инстаграм вообще невозможно представить.

Вы говорили, что у вас был план B — кэштеги, на который вы сейчас и перешли. Как работает это механика?

Лолита: Если ты видишь в Инстаграме красивую девушку на фотографии у друга и она отмечена на фото, ты можешь перейти на ее страницу, чтобы посмотреть другие фотографии. Точно так же с кроссовками. Когда ты видишь красивый кроссовок, тебе интересно, что это за кроссовок. Ты кликаешь на него и переходишь на отдельную страницу внутри приложения, где написано, сколько он стоит и как его заказать.

Рустам: Чем хороши кэштеги: через них можно набирать аудиторию. Инстаграм дорожит своим комьюнити, и, возможно, пока боится вводить туда рекламу. А видео — это отличный инструмент для рекламодателей.

Лолита: Не все хотят подписываться на блог Nike, где только реклама одного бренда в большом количестве. Но многие будут подписываться на условного Влада Цыплухина, который носит найки и это само по себе будет являться рекламой.

А зачем пользователю отмечать одежду на видео?

Рустам: Если ты любишь эту марку одежды, тебе хочется показать остальным, что ты носишь. Это просто новая подача в продаже рекламы — через видео. Ты снимаешь обычное пользовательское видео через Sitcam, ставишь кэштег Nike, а Nike тебе уже отдала денег за рекламу.

Есть же такой сервис Fancy: это что-то вроде Pinterest, только при добавлении вещи там парсится цена с сайта, где её можно купить. У них крутое мобильное приложение.

Лолита: Fancy — это про фото. Чтобы сделать рекламу на фотографии, тебе нужно сфотографировать лейбл, и все сразу понимают, что это реклама. А тут просто можно снять красивого мальчика и отметить, что он одет в Topman. Пользователь посмотрит красивое видео и не будет воспринимать его как прямую рекламу.

Рустам: Во-первых, рекламодателю не нужно тратить бешеные деньги на съемки — ролики будут снимать сами пользователи. Во-вторых, потребитель не только смотрит интересный ролик, но и кликает на рекламу.

Допустим, рекламодателям это интересно. А как убедить лидеров мнений воспользоваться приложением?

Рустам: Ближе к февралю 2014 года мы хотели начать раздавать опционы пользователям, чтобы усилить внимание к событию и к самому проекту, но не хотели делать это сами, а хотели привлечь редакторов и журналистов. Другими словами, сделать вирал из вирала в данном направлении. Ни один из сервисов в истории не раздавал опционы пользователям, а мы бы начали. Например, главред Mashable Адам Остров выберет 5 лучших видео декабря, или редактор Ленты.ру или Слона выберет 5 информативных ситкамов и создатели этих видео получат опционы. Неплохой такой спецпроект получился бы. Информационная волна начала бы раскручиваться и история получила больше шума, чтобы Facebook взяли и купили нас.

Лолита: Они, конечно же, не купили бы, но хайпа было бы много.

Рустам: Теперь мы будем продолжать развивать этот «план B» с кэштегами. Но не прямо сейчас.

А что сейчас?

Лолита: Изначально одним из наших главных плюсов для развития по России была возможность интеграции «ВКонтакте», но пользователей айфона в регионах немного. Поэтому мы бы сейчас с удовольствием сделали версию для андроида с шерингом во «ВКонтакте», это имело бы большое влияние на развитие в России, регионах и странах СНГ. В регионах не развит Инстаграм, там GFRANQ.

Рустам: Но у нас нет друзей, которые разрабатывают под андроидом. Было бы круто, если бы «Одноклассники» сделали какой-нибудь нормальный API, чтобы мы могли стать первым видеоприложением «Одноклассников».

Так, подожди. Не получилось с Facebook, теперь хотите перейти к «Одноклассникам»?!

Лолита: Очень ты хороший нарисовал путь, мда.

твитнуть

Если «Одноклассники» сделали нормальный API, мы могли бы стать первым видеоприложением «Одноклассников».

Рустам: Неважно, «Одноклассники», «ВКонтакте» или Facebook. Это только каналы для привлечения аудитории. Мы не хотим работать только для «Одноклассников». Мы понимаем, что Facebook — это территория только Инстаграма, там нас могут вообще заблокировать. Почему бы не использовать «Одноклассников»? У них 30 миллионов посетителей в день, но для них никто ничего не делает, их все только хуесосят.

Почему вы не хотите перепозиционировать себя как видеоприложение для «ВКонтакте»?

Лолита: Ну, во первых, потому что это как-то подленько, сначала орать про Фейсбук, а потом перебегать на «Вконтакте». Кроме того, мы и так всегда ориентировались на «Вконтакте» как основную площадку для развития в России и СНГ.

Нет желания продаться «ВКонтакте»?

Рустам: Пока предложений не поступало.

Ну, они могут и не поступить.

Лолита: Мы сейчас хотим не ходить и клянчить деньги, а сделать первое видеоприложение в России. В США есть Vine и Instagram, в Китае есть аналогичное приложение, которое сделал создатель YouTube Брайан Чин. Почему в России ничего нет?

Что будете делать, если российская аудитория не примет Sitcam?

Рустам: Ничего. Закроем проект.

А у вас раньше не было мысли закрыть проект, когда 20 июня Инстаграм сделал видео?

Лолита: Да всякие мысли были. Мы переживаем за проект, и говорить, что мы все знали, все рассчитали и были абсолютно спокойны, по меньшей мере, лицемерно. Мы были в агонии.

Сейчас агония прошла?

Рустам: Прошла. В понедельник, 24 июня, я открыл блокнот, посмотрел на кэштеги, вспомнил, что у меня, у Ярослава и у Лолиты много контактов с нормальными людьми. Теперь мы попробуем зайти не со стороны комьюнити, а со стороны инструментов.

Лолита: Мы понимаем, что мир теперь будет пользоваться Инстаграмом, но, во-первых, в России у них нет нормального шеринга во «ВКонтакте», а во-вторых, многие теперь говорят о том, что не надо смешивать фото и видео в одном приложении. Для видео должно быть отдельное приложение и им стал Sitcam.

твитнуть

Говорить, что мы всё знали, всё рассчитали и были абсолютно спокойны, по меньшей мере, лицемерно. Мы были в агонии.

Рустам: Ну не только же мы будем выстреливать за счет шеринга. По сравнению со Штатами у нас совершенно другие реалии. Все вкладываются в крутые разработки, стартапы. В Израиле вкладывают в сервисы типа Instagram и Waze, а у нас до сих пор е-коммерс! Давайте интегрировать Sitcam в российский рынок, сделаем нормальную интеграцию во «ВКонтакте», приложение для Android и кэштеги.

Как отреагировала ваша аудитория приложения?

Рустам: Когда тестеры увидели то, что ввел Инстаграм, они сказали: «Чуваки, мы не думали, что это будет так похоже. Вы что, уже продались Фейсбуку? Можно уже удаляться?»

О, этот неловкий момент, когда Instagram полностью копирует твой проект.

Лолита: На самом деле, я очень удивляюсь, когда хейтеры пишут мне письма с вопросами вроде «Зачем вы это делаете? Это уже сделали в Америке». Почему вы не можете порадоваться, что одновременно с ними это сделали ребята из России, что они сделали что-то крутое, не имея сопоставимых финансовых ресурсов? Мы это делаем, потому что мы это придумали и мы хотим это развивать. Даже сейчас мы не хотим закрываться, чтобы своим примером не показывать, что нужно в таких случаях опускать руки.

Рустам: Можно сказать, что все перевернулось с ног на голову, но мы нашли определенный баланс за счет «плана B». Пока, правда, нет результата. Вот когда мы запустим кэштеги и это спиздит Инстаграм… Хотя Систром сказал, что они пока не думают о рекламе.

Лолита: Но мы теперь больше никому не верим.

Что повлияло на решение продолжать дальше?

Рустам: Изначально — «план B». Теперь уверенности нам добавляет то, что люди стали понимать, что удобнее пользоваться отдельным приложением для видео, не смешанным с фотографиями. Да, нас уже медийно размазали, когда мы еще не запустились, но зато пока еще можем перегруппироваться и поменять направление. Так произошло с сервисом Fab.com. Они поменяли концепцию, став магазинов крутых дизайнерской одежды, мебели, всяких подарков и неебически выросли. А раньше были соцсетью для геев.

Viddy трижды меняли свою концепцию. У них сначало было 15 секунд, потом 30, потом они стали добавлять видео к уже записанному видео. Общая сумма инвестиций — 40 млн долларов, а аудитории — меньше, чем у Vine. Меньше, чем у GFRANQ — ребят, которые просто не знали, что такое Instagram и сделали наложение фильтров в вебе.

Лолита: Ну и личный фактор тоже есть. Просто мы люди такие, мы не будем останавливаться.

Русские не сдаются.

Рустам: Мы не стали менять концепцию в тот же момент, когда Инстаграм ввел видео. Переждали панику. Теперь мы мыслим трезво.

Удачи ребятам,
Никита Лихачёв,
TJournal

#Статья

{ "author_name": "Никита Лихачёв", "author_type": "self", "tags": ["\u0441\u0442\u0430\u0442\u044c\u044f"], "comments": 9, "likes": 13, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "47575", "is_wide": "1" }
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": true }

Популярные комментарии

Дискуссии по теме
доступны только владельцам клубного аккаунта

Купить за 75₽
Авторизоваться

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность писать комментарии и статьи
  • общение с членами клуба
Подробнее

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность читать и писать комментарии
  • общение с членами клуба
  • возможность создавать записи

Сколько это стоит?

Членство в клубе стоит всего 75₽ в месяц. Или даже дешевле при оплате за год.

Что такое клуб?

Клуб ТЖ это сообщество единомышленников. Мы любим читать новости, любим писать статьи, любим общаться друг с другом.

Вступить в клуб

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Вы не против подписаться на важные новости от TJ?

Нет, не против
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byswn", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-130073047", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=cndo&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudv", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvc" } } } ]