[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "disable": true, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-101273134", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=byaeu&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid11=&puid12=&puid13=&puid14=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Никита Лихачёв", "author_type": "self", "tags": ["\u043a\u0430\u0442\u0435\u0433\u043e\u0440\u0438\u044f_\u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u0432\u044c\u044e","\u0430\u043d\u0442\u043e\u043d_\u043d\u043e\u0441\u0438\u043a","\u0436\u0443\u0440\u043d\u0430\u043b\u0438\u0441\u0442\u0438\u043a\u0430","\u043b\u0435\u043d\u0442\u0430_\u0440\u0443","\u0430\u043b\u0435\u043a\u0441\u0430\u043d\u0434\u0440_\u043c\u0430\u043c\u0443\u0442","\u0433\u0430\u043b\u0438\u043d\u0430_\u0442\u0438\u043c\u0447\u0435\u043d\u043a\u043e","\u0430\u043b\u0435\u043a\u0441\u0435\u0439_\u0433\u043e\u0440\u0435\u0441\u043b\u0430\u0432\u0441\u043a\u0438\u0439","rambler_co","\u043a\u0443\u0434\u0430_\u0443\u0448\u043b\u0438_\u0441\u043e\u0442\u0440\u0443\u0434\u043d\u0438\u043a\u0438_\u043b\u0435\u043d\u0442\u044b_\u0440\u0443","\u044e\u0440\u0438\u0439_\u0441\u0430\u043f\u0440\u044b\u043a\u0438\u043d","\u0438\u0432\u0430\u043d_\u043a\u043e\u043b\u043f\u0430\u043a\u043e\u0432","\u043a\u043d\u0438\u0433\u0430_\u043e_\u043b\u0435\u043d\u0442\u0435_\u0440\u0443","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u043b\u0435\u043d\u0442\u044b_\u0440\u0443","\u0432\u044f\u0447\u0435\u0441\u043b\u0430\u0432_\u0432\u0430\u0440\u0432\u0430\u043d\u0438\u043d","\u0438\u043b\u044c\u044f_\u0434\u0430\u043d\u0438\u0448\u0435\u0432\u0441\u043a\u0438\u0439","\u0430\u043d\u043d\u0430_\u0440\u0430\u0445\u043c\u0430\u043d\u043e\u0432\u0430","\u0438\u0437\u0434\u0430\u0442\u0435\u043b\u044c\u0441\u0442\u0432\u043e_\u0430\u0441\u0442","\u0430\u043b\u0435\u043a\u0441\u0430\u043d\u0434\u0440_\u0431\u0435\u043b\u0430\u043d\u043e\u0432\u0441\u043a\u0438\u0439","\u0431\u044b\u0441\u0442\u0440\u044b\u0439_\u0441\u043b\u043e\u043d","news_ru_com","\u043a\u043d\u0438\u0433\u0430_\u043f\u0440\u043e_\u043b\u0435\u043d\u0442\u0443_\u0440\u0443"], "comments": 47, "likes": 0, "favorites": 1, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "51770" }
Никита Лихачёв
14 972

Гость TJournal: Иван Колпаков

Бывший руководитель спецкоров «Ленты.ру» о своей книге, истории издания, последствиях ухода команды Тимченко и будущих проектах

Поделиться

В избранное

В избранном

Каждую неделю TJournal приглашает к себе в гости интересных деятелей интернета. На этот раз мы поговорили с бывшим руководителем отдела специальных корреспондентов «Ленты.ру» Иваном Колпаковым о его книге про «Ленту.ру», истории издания, последствиях ухода команды Галины Тимченко и будущих проектах.

Граффити в Перми. Фото Дениса Корнеевского

Почему после того, как ты ушел из «Ленты», ты решил заниматься книгой? Ты же нигде это не объявлял.

Не то чтобы я ее писал… Я редактор-составитель. Моя задача была в том, чтобы придумать список авторов, выколотить из них тексты, отредактировать тексты и сложить из них книгу про «Ленту». В ней больше 15 авторов, это разные сотрудники «Ленты.ру» — начиная от некоторых отцов-основателей и заканчивая специальными корреспондентами, которые работали в «Ленте» в последние годы. Короче, главное мое занятие заключалось в том, чтобы неистово пинать авторов — и некоторыми результатами я даже горжусь.

Ты про Носика?

Прежде всего, про Носика, а еще про Варванина (Вячеслава Варванина — TJournal). Это важный человек в истории «Ленты.ру» — бывший директор по развитию, бывший шеф-редактор, работавший в редакции с самого ее основания. Он ушел несколько лет назад после громкой ссоры с Галей (Галиной Тимченко — TJournal), это было еще до моего прихода в «Ленту». С ним было непросто, потому что там длинная история личных отношений, какие-то взаимные претензии, даже взаимная неприязнь, но его очень важно было заполучить для книжки, потому что Слава — значимая часть истории «Ленты». Отдельный квест — заставить Славу написать текст.

Ну и я же, честно говоря, не планировал никакой книги, занялся ей более-менее случайно. Бывшая сотрудница «Ленты» Аня Рахманова — она работала в редакции месяца два, я помнил ее в лицо, но не помнил даже ее имени — пришла к редактору АСТ Илье Данишевскому и предложила ему сделать книгу. А Данишевский — это уже тот человек, благодаря которому книжка в принципе выходит. Он все решил со своим начальством в АСТ, сперва хотел заниматься книжкой сам, но ему не хватило времени. И тут возник запасной вариант в моем лице. Другой работы у меня как раз и не было.

Давай разберемся с книгой. Ты говоришь, она необычная.

Я так говорю? Да нет, она обычная — бумажная, у нее есть обложка, страницы, текст и фоточки. Ну, может, и необычная, потому что это не строго сборник мемуаров.

Я просил авторов рассказывать законченные истории, то есть не просто «а вот, помню, в Серебряном бору бухали на дне рождения Леси Самборской». Безусловно, это там тоже есть, но каждого автора я заставил написать конкретную историю. Есть какие-то очевидные решения — например, Андрей Коняев про «Лентач», есть менее очевидные. Галя, наконец, по-честному объяснила, в чем заключалась стратегия «Ленты», чем это издание должно было стать — и такого текста нигде пока не было.

А в процессе работы она не объясняла, в чем стратегия?

Одно дело официальная стратегия издания, другое — что ты сам, лично, закрывшись дома на ключ и поглаживая кошку, думаешь об этом. Ведь когда ты главный редактор, ты не можешь позволить себе сомневаться. Главный редактор, как любит сама Галя повторять, и тут я с ней согласен, должен быть немного жизнерадостным дебилом. Без жизнерадостного дебилизма и пафоса ничего не сделаешь. И, напротив, чрезмерная интеллектуальность и склонность к рефлексии вредят этой работе. Нужно быть тренером, который, когда нужно, орет что-то бодрящее, а когда нужно — ****** [бьёт].

Это весьма саморазоблачительная книга, что мне нравится: каждый персонаж проговаривается и по поводу себя, и по поводу «Ленты», и по поводу отношений внутри неё.

Еще это, конечно, как верно подметил Юрий Сапрыкин, написавший предисловие, немного учебник по журналистике.

У книги есть какая-то цель? Вы сжигаете все мосты со старой «Лентой»?

Какие-то цели есть, наверное. Их несколько. Для меня в определенном смысле это психотерапевтическая вещь. Когда ты мучаешься по поводу того, что с тобой произошло, самое лучшее — написать об этом текст.

Безусловно, это придумано как памятник «Ленте.ру». Мне кажется, «Лента» — важное событие в истории русской журналистики, было бы полезно попытаться зафиксировать этот феномен. Это попытка вырвать кусок из вечности. Но в итоге памятник-то как раз и не получился, получилась живая книжка про людей. Не то что там «дорогая редакция» прощается с «дорогой редакцией» — нет, по итогам становится очевидно, что все это будет продолжаться. В каком-то новом, другом качестве.

Когда она должна выйти?

В начале сентября. 5 сентября в ЦДХ на Московской книжной ярмарке будет премьера.

Дата чем-то обусловлена?

Производственным циклом.

Но ты уже подготовил все тексты?

Да, но после этого начинается производство книжки. Это, как ни странно, не как в интернете: нужно залить чернила в бак, включить печатный станок, напечатать тираж. А также, поскольку это гигантское издательство АСТ, там включается маркетинговый механизм, который работает на обеспечение коммерческой выгоды.

А в электронном виде ты будешь её выпускать?

Права на электронное издание у АСТ, они будут решать.

Есть ожидание заработать много денег на книге?

Да ну какие деньги. Это не из меркантильных соображений делается, я и свой скромный редакторский гонорар потрачу на какую-нибудь нехитрую благотворительность, ну, я как-то не могу забрать эти деньги себе. Мы с тобой понимаем, что выколачивать тексты из людей — тяжкий труд, но в итоге это коллективное творчество.

Планируешь дальше писать книги?

Кто ж его знает. Это книга про «Ленту», не мой писательский проект.

Редакция «Ленты.ру». Фото Светы Чистяковой

Как ты оцениваешь свою роль в развитии «Ленты»?

Моя главная задача заключалась в том, чтобы руководить отделом специальных корреспондентов. Но в «Ленте» так, конечно, не бывает, что ты занимаешься только одним маленьким делом, и больше ничем не занимаешься. В общем, заслуга моя, наверное, в том, что я сделал неплохой отдел. Очень глупо себя чувствую, когда надо целенаправленно похвастаться.

Но «Ленту.ру» же все воспринимали как новостное издание, которое хорошо формирует картину дня, а не как кузницу корреспондентов.

И справедливо воспринимали. «Лента» была новостным гигантом в нулевые, она показала, как делать новости для обычных людей, как складывать их в картину. И задавала тон для всей отрасли — другие интернет-издания копировали «Ленту», учились у нее писать новости, но она оставалась недосягаемым лидером. Да что там — не было фактически никаких внятных новостей до «Ленты» в русском интернете. Это такой исторический слом.

Это нельзя скопировать? Никто не может стать лучше «Ленты»? Англичане вот придумали футбол, но играть стали лучше немцы.

Для этого немцам нужно было сперва проиграть англичанам пять матчей подряд. Это как бородатый анекдот про английские газоны: «В Англии очень красивые газоны, как таких же добиться в России? Очень просто — высадить траву. И все? И все, и еще триста лет подряд ее стричь».

В чем секрет?

А об этом, в том числе, книжка. Чтобы понять, как устроен «Мерседес», не достаточно прокатиться на нем — нужно открыть капот, долго и внимательно перебирать детали, разбираясь, почему они такого размера, сделаны из таких материалов и таким образом друг к другу подогнаны.

И этого никто не сможет повторить?

По крайней мере, нынешняя редакция «Ленты» не может этого всего повторить. Они как варвары, ворвавшиеся в Рим — могут жить в прекрасных дворцах, но не понимают, зачем нужна дырка в туалете и почему нельзя гадить в каждой комнате. Потому что это, с одной стороны, технологии, а с другой — традиции, культурный код. И все это хозяйство по цепочке передавалось от человека к человеку с 1999-го по 2014-й. Как только все встали и вышли, с ними вышли и эти традиции. Они, может, симпатичные люди, вежливые ребята. Но кто же их научит работать?

Ситуация? Noblesse oblige?

Ситуация не обязывает. Сейчас такое бесстыдное время, что ничего никого ни к чему не обязывает. И потом, это не те люди, которые умеют бороться за жизнь, а на этом держалась старая «Лента». Вот господин Белановский, который пришел работать заместителем Гореславского, работал раньше в РБК — его репутация известна, про него немало веселых историй ходит в тусовке. Кроме слез жалости Белановский у меня никаких эмоций не вызывает. Это профессионально несостоятельный человек, либо его профессиональная состоятельность лежит в областях, никак не связанных с журналистикой.

Та же ситуация с Гореславским?

Похожая. Помимо того, что он просто не заслуживает этого издания.

Позиция понятна. Но показатели же не изменяются?

Падают, посмотри статистику. Нет катастрофического падения, но если бы было — мы бы, наверное, расстроились не на шутку. Все-таки чтение газеты — это привычка. Круто, что это работает и в интернете.

Фото Дениса Синякова

Кто занял нишу «Ленты»?

Всем понемногу досталось. Slon.ru много поймал, РБК пытается, LAM объединяет активы в надежде получить часть общественно-политического трафика и часть массовой аудитории. Но дело в том, что это не такая арифметика, что вот тут убыло, а вот здесь немедленно прибыло. А дыра на рынке, на мой взгляд, по-прежнему ощущается.

Что-то изменится, если на рынке не будет такого качественного источника новостей?

Мне самому интересно, что будет происходить. Боюсь, нас ждет какое-то количество лет полной профессиональной деградации. Даже сейчас я с болью читаю остатки русских независимых СМИ. Хорошие тексты, безусловно, выходят, но если ты читаешь какой-нибудь сайт от начала до конца и смотришь все, что он производит, — в целом, все это довольно печально.

Полторы недели назад я схватил журнал «Власть»: ручки мои дрожали, глаза горели, потому что я увидел три крутых темы, но там на их месте оказалось просто три плохих текста.

Что касается общественной деградации, она значительно опережает события на рынке медиа.

Это же манипулирование общественным сознанием: группы людей сознательно стравливают, и они, естественно, превращаются в скот.

То, что мы сейчас наблюдаем, это не общественное сознание, а общественная бессознанка. Безусловно, все это результат довольно грубых — и в первую очередь медийных — манипуляций. К сожалению, лес рубят — щепки летят, и небольшой сектор независимых СМИ попал под каток. Мы наблюдали это и раньше, как какое-то СМИ не переживало какие-нибудь знаковые события в жизни страны.

На рынке СМИ больше не востребованы качественные издания?

По ощущениям, не существует уже никакого рынка СМИ. Нечего читать. Все, что происходит сейчас — это позор. Давайте называть вещи своими именами. Вам не стыдно выпускать такие тексты? Мне было бы стыдно.

При этом когда говорят про невостребованность, мне смешно, потому что «Лента» была в точно таких же обстоятельствах, какие есть сейчас, но она соревновалась сама с собой. Мы не давали себе расслабиться и повторяли: «Не сожрет Gazeta.ru, так сожрет РИА Новости; не сожрет РИА Новости — так сожрет РБК». Нельзя жить с ощущением, что ты победил. «Лента» потому так и взлетала быстро, что у нас никогда не было такого ощущения. Галя тоже вспоминает об этом в книжке — как мы перессали, когда Gazeta.ru перезапускалась.

С этим своим ужасным логотипом?

Да, с этим своим не очень удачным логотипом. Мы уже готовили свой перезапуск, в который было вколочено немыслимое количество сил. Мы читали интервью Котова (на тот момент Михаил Котов занимал пост главного редактора Gazeta.ru — TJournal) и видели, что он говорит нашими словами. И думали: черт, они перезапустятся, у них попрет. Конечно, мы очень боялись проиграть.

Это было за несколько месяцев до включения Gazeta.ru в холдинг?

Они перезапустились осенью 2012 года, «Лента» — 21 января 2013 года, и весной произошло объединение. Объединение «Афиши», «Рамблера» и SUP происходило параллельно: нас, смертных, в это не погружали.

Но у них продукты разные, а у вас были номинально одинаковые. Вы так перезапустились в январе 2013 года, что весь ребрендинг «Газеты» срезали.

Да это не так уж и важно, как мне кажется. Перезапуск «Газеты» был поводом для срача в соцсеточках на две недели. Это ведь был очень плавный перезапуск, у них не хватило смелость перестроить внутреннюю структуру. Для «Ленты» это был радикальный шаг, мы все сломали и построили заново.

А что с Мамутом и его действиями? Писали, что якобы Сапрыкин ушел из Rambler&Co из-за Мамута.

Сапрыкин уже про это сам написал на фейсбуке. Вообще, если разобраться, история «Афиши-Рамблер-SUP» — гротескная. Вот ты хочешь построить невероятно инновационную компанию — и для этого объединяешь «Живой Журнал» с «Рамблером». Результат понятно какой. А все, что там происходит сейчас — ну, в каком-то смысле еще и результат этой беспощадной вивисекции.

Зачем это было сделано?

Даже неинтересно почему-то.

Но «Рамблер» живет.

Неубиваемая вещь. Может, если бы он уже умер своей смертью, всем было бы легче. Многие люди пришли в интернет, думая, что интернет — это «Рамблер», и были времена, когда он возглавлял все топы русского интернета. Там до сих пор есть какая-то аудитория, и он до сих пор приносит какие-то деньги, что в голове инвестора формирует не слишком адекватную картинку происходящего. Ему, видимо, кажется, что с «Рамблером» все еще можно что-то сделать.

Фото ателье «Шипр»

Что думаешь по поводу платных СМИ?

Я думаю, что платные СМИ — это клёво. Вообще, мы можем много поговорить о том, что клёво и не клёво для медиа, но это, к сожалению, не имеет никакого отношения к российской реальности. Когда такое количество страновых рисков, бессмысленно рассуждать об успешности той или иной модели.

Ты как потребитель покупаешь что-нибудь?

Покупаю и очень страдаю. Подписался на Slon Premium, на «Дождь». Я плачу за них, прежде всего, потому, что хочу поддержать друзей.

Контент какого рода нужно продавать за деньги?

Любой, потому что это работа.

«Лента» же работала без платного контента.

«Лента» много зарабатывала на традиционной медийке — достаточно, чтобы себя прокормить. Но мы больше не живем в мире, в котором работают одинаковые схемы. Ты можешь хранить валюту в долларах, евро, рублях или биткоинах. Ты можешь платить за СМИ, можешь платить за «Лепру», которая тоже в каком-то смысле СМИ, можешь бесплатно читать «Лурк» или какой-нибудь другой сайт. Ты можешь платить столько, сколько захочешь. Все эти модели имеют право на существование. Все говорят, что пейволл — это говнище, но вот в NYT же работает. Короче, платные СМИ — это клёво, но я хочу понимать, что я покупаю, и не должен мудохаться с тридцатью кликами, чтобы это получить.

Что будет с «Лентой» дальше?

Трудно сказать. «Лента» — во многих отношениях феноменальный проект, который феноменально закончился, и у него феноменальная загробная жизнь. Разговоры про «новую» «Ленту» напоминают другой бородатый анекдот: «Вася, перестань грызть ногти на ногах у дедушки. И вообще отойди от гроба». 

Никакой новой «Ленты» не будет. Ни «Ленты» Носика, ни «Ленты» Тимченко, ни «Ленты» Ходорковского, ни «Ленты» Колпакова. Не будет никакого отдела спецкоров под названием «Новая Лента». It’s over. Forever.

Почему нельзя было просто перенести «Ленту» из одного места в другое, найти нового инвестора и запуститься снова в том же составе?

Потому что «Лента» умерла. Потому что «Лента» — это, во-первых, пятнадцатилетняя история. Эти люди так много и так усердно работали в «Ленте», чтобы она была не только людьми. Мы бились за то, чтобы это был бренд, технология, привычка и место, в котором приятно находиться. 2,5 миллиона читателей в день в марте 2014 года — это, как говорит бывший редактор «Афиши» Александр Горбачёв, не жук лапкой потрогал.

Во-вторых, скажу кое-что гадкое: убийство — это индульгенция. Все косяки и неприятные вещи, которые требовали исправления, люди, которых надо было выгнать — все это отменилось в день увольнения Гали. Все это просто перестало существовать. Мы были там все вместе, и никто не зассал — я бы с любым из них пошел в разведку. И обесценились не только косяки, но и взаимные претензии. И это еще одна причина, по которой нельзя всех взять, посадить на лодку, переплыть море и организовать новую «Ленту».

Еще про загробную жизнь, которая хитро устроена. Периодически я открываю компьютер и обнаруживаю в «Ленточате» в скайпе, где сидят все сотрудники «Ленты.ру», что они обсуждают между собой падение самолета — и советуются друг с другом: «Пацаны, кто из вас первым выдал новость, на кого сослаться?» Постепенно сотрудники начали разбредаться по изданиями, но мне приятно видеть, как чуваки из «Ленты» работают в Slon.ru, потому что «Быстрый Слон» просто встал на ноги. Раньше я никогда не заходил туда, а теперь регулярно заглядываю.

У тебя вариантов нет.

Есть вариант — Newsru.com. Это тот вариант, на который я сразу пересел после того, как все случилось. Чем хорош Newsru.com — он дает какую-то картину. «Лента» тоже давала, это и был её главный продукт, а не отдельная новость или некий набор новостей. Ты спрашивал, в чём был секрет «Ленты» — он был в том, чтобы формировать ясную картину происходящего. Ты посмотрел на экран или на два — и понял, что происходит, в какой ты точке сам находишься.

Это история про навигацию. Люди очень не любят не понимать, где они находятся. Когда ты ночью в спальном районе Москвы, тебе неприятно, потому что ты не знаешь, где ты и как отсюда выбраться. И когда «Ленты» не стало, я сам потерял картину мира, оказался в спальном районе на темной улице. Если ты точно знаешь, что происходят какие-то события, пускай даже самые ужасные, — ты уверен, что ничего не пропустил, ты понимаешь, что можешь определить свою точку, свое местонахождение, себя с происходящим соотнести, придумать что-то, как дальше быть.

Что ты дальше будешь делать?

Будет еще одна книжка, про остальное пока говорить рано.

И долго будешь этим заниматься?

Ну, я нигде не работаю, мне не очень понравились места, в которые меня позвали весной и летом, но это некорректно — их перечислять. Короче говоря, я на распутье.

Тебя звали в новый проект Тимченко?

Она сама про этот проект написала на фейсбуке несколько дней назад, а мне по этому поводу нечего сказать.

Был бы интересен такой проект?

Конечно, мне был бы интересен такой проект.

Что думаешь по поводу того, что делает Носик? У них произошел какой-то странный конфликт с Галей.

Я знаю суть этого конфликта, на мой взгляд, он нисколько не странный. Однако в срач этот погружаться у меня нет никакого желания.

Ты хочешь дальше работать в медиа?

Я буду работать в медиа. Больше того, я не чувствую себя человеком, который не в медиа.

И не потерял после случившегося веру в человечество?

Скажем прямо, такие масштабные вещи со мной не случались. Но я давно работаю журналистом, всякое бывало — и нет, не потерял веру в человечество. И даже веру в себя. Потому что есть о чем жалеть, у меня небезупречный послужной список. Больше того, я проработал почти 10 лет в провинциальных СМИ, а там журналистикой является в основном всё то плохое, что ты знаешь о журналистике. А всего хорошего практически нет. Это почти всегда выживание на грани.

Хочешь сказать, привык работать в такой среде?

Нет, не привык. Просто ты можешь жрать говно или не жрать говно, и пока ты жрешь говно, думаешь, что все его жрут. Кто-то больше, кто-то меньше, кто-то жидкое, кто-то твердое, кому-то тяжелее: «Жру говно, но раз в неделю, так-то я очень хороший пацан». А потом вдруг оказываешься в ситуации, когда можно не жрать говно — и это уже другая жизнь, и ты просто не можешь вернуться к прежней жизни.

Что ты вынес из Перми?

Ха. Ну, я пермяк, с этим ничего нельзя поделать. У меня сложное отношение к Перми и своей жизни там, часто мне кажется, что я очень много времени потерял впустую. И мне очень стыдно перед собой и другими людьми за то, что приходилось делать, и ненавистны многие люди, которые к этому меня принуждали. Короче, я не из тех людей, которые легко относятся к тому, что с ними случилось, и с веселым ********** [лицом] двигаются дальше.

Это была неприятная, но необходимая, похоже, вещь. Возвращаться в Пермь я не собираюсь.

Фото Кати Летовой

С каких трех сайтов ты начинаешь свой день?

Первое, что я делаю, когда просыпаюсь, еще в кровати, открываю Twitter. Потом Newsru.com, Facebook. Печальная, конечно, история.

Все говорят Twitter, Facebook и «ВКонтакте».

Нет, с «ВКонтакте» я не начинаю день.

Не любишь «ВКонтакте»?

Просто там у меня лично нет жизни такой. Я через «ВКонтакте» общаюсь с мамой. И потом, я давно пересел на Facebook, там вся туса.

Ты играешь во что-нибудь?

Нет.

А в телефоне есть игры?

Нет. Люблю Instagram, но я не инстаграмодрочер.

Святая троица

Сайты, с которых Иван начинает каждое утро

Facebook, социальная сеть

Twitter, сервис микроблогов

Newsru.com, новостной сайт

#Категория_Интервью #Антон_Носик #журналистика #Лента_ру #Александр_Мамут #Галина_Тимченко #Алексей_Гореславский #Rambler_Co #куда_ушли_сотрудники_Ленты_ру #Юрий_Сапрыкин #Иван_Колпаков #книга_о_Ленте_ру #история_Ленты_ру #Вячеслав_Варванин #Илья_Данишевский #Анна_Рахманова #издательство_АСТ #Александр_Белановский #Быстрый_Слон #News_ru_com #книга_про_Ленту_ру

Статьи по теме
Гость TJournal: Олег Кашин
Гость TJournal: Алексей Венедиктов
Гость TJournal: Василий Эсманов
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": true }

Лучшие комментарии

Дискуссии по теме
доступны только владельцам клубного аккаунта

Купить за 75₽
Авторизоваться

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность писать комментарии и статьи
  • общение с членами клуба
Подробнее

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность читать и писать комментарии
  • общение с членами клуба
  • возможность создавать записи

Сколько это стоит?

Членство в клубе стоит всего 75₽ в месяц. Или даже дешевле при оплате за год.

Что такое клуб?

Клуб ТЖ это сообщество единомышленников. Мы любим читать новости, любим писать статьи, любим общаться друг с другом.

Вступить в клуб

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Вы не против подписаться на важные новости от TJ?

Нет, не против