Anton Miroshnichenko
1 808
Блоги

Лучники, некроманты и разбойники

Читатель TJ про яркий отрезок времени из истории города Луганска.

Поделиться

В избранное

В избранном

Минутка Википедии

14 ноября 1795 — Екатерина II издаёт указ об основании первого на юге империи чугунолитейного завода, с сооружением которого в долине реки Лугань и связано возникновение города. Сёла Каменный Брод (основано в 1755 году) и Вергунка были первыми населёнными пунктами, принявшими строителей и рабочих Луганского литейного завода. 1797 — посёлок, возникший вокруг завода, получил название «Луганский завод». В период войны с Наполеоном Луганский завод стал одним из основных поставщиков пушек и боеприпасов для русской армии. 3 сентября 1882 император утвердил положение Комитета министров Российской империи об основании на базе посёлка Луганский завод с присоединением селения Каменный Брод города Луганска. 1900 — из Луганска вышел на железнодорожные магистрали первый построенный здесь товарный паровоз.

Начало XX века — Луганск представлял собой крупный промышленный центр Российской Империи. Здесь насчитывалось 16 фабрик и заводов, около 40 ремесленных предприятий.

5 ноября 1935 — город переименован в Ворошиловград. 1958 — городу возвращено историческое название Луганск (причина — участие Ворошилова в антипартийной группе). 1970 — город переименован в Ворошиловград после смерти К. Е. Ворошилова (1969). Из Указа Верховного Совета УССР от 5 января 1970 года «О переименовании города Луганска и Луганской области»: «В целях увековечивания памяти выдающегося полководца, партийного и государственного деятеля Климента Ефремовича Ворошилова и учитывая ходатайства трудящихся и областных организаций передать город под юрисдикцию верховной партии УССР». 1972 — Футбольный клуб «Заря» (Ворошиловград) первый и единственный раз стал чемпионом СССР по футболу. Это был первый чемпион СССР из города, не являвшегося столицей республики. 1990 — Луганску возвращено его первоначальное название.

Фотографии

Это был сетап, а теперь к панчлайнам.

Один дома

Светало. 2 июня довелось проснуться в пустой квартире под звуки автоматных очередей. Местные ребята aka ополченцы aka сепаратисты захватывали очередную погранчасть. Я достаточно сильно испугался, потому что думал, что происходит какое-то более масштабное сражение и город закроют на въезд-выезд, но, узнав детали, позвонил родителям, чтобы сказать, что со мной всё нормально, и лёг спать. Второй раз проснулся уже от звука пролетающего над домом истребителя. Дальше уже спалось спокойнее.

Перестрелка у погранчасти велась еще полдня. Переписывался тогда с подругой, окна которой выходили на погранчасть, договаривался погулять, но как-то она не захотела выходить из дома.

Для большей же части города день начался и проходил обычно до 3 пополудни, когда на здание Луганской ОГА из самолёта упала предположительно НУРС С-8. Сила взрыва была такая, что стены моего дома, находящегося на окраине, задрожали. А в центре города, куда упала ракета, в один момент погибли 8 человек.

Лето только начиналось.

У бабушки

Мы семьёй решили переехать на время на бабушке, которая жила и живёт неподалёку от Луганска. Думали, там будет потише и поспокойнее, потому что, ну кому нужен богом забытый посёлок? Фронт находился за горизонтом, только огонь пушек становился всё сильнее и сильнее, а горизонт неумолимо становился ближе.

Дни шли друг за другом, огород поливался, корова паслась, украинские военные били ополченцев, ополченцы били украинских военных. Дела шли своим чередом.

Курение убивает

В общем, меня единственного решили эвакуировать. Брат уже купил мне билет в Киев к себе на 19 июля - мне только оставалось приехать в Луганск, который на тот момент еще был связан с цивилизацией железными дорогами, распечатать билет и сесть на поезд. 18 июля приехали с мамой домой и я пошел искать принтер. Пока с другом искали копицентр, раздался звонок от мамы и она в слезах сказала, чтобы я бежал домой, потому что начался обстрел города. Мы с другом были ошарашены, но медлить не стали и помчали по домам. По дороге нас остановила девушка с маленькой девочкой и бабушкой. Остановила нас, чтобы стрельнуть сигаретку. Нам с другом не хватало бомбоубежища, а девушке - никотина. Обстрел тем временем начался и уже был слышен свист снарядов. Разбежались мы с другом по своим домам. Его ждала новость о том, что чуть ниже по его улице упала мина, но просто разбила сарай и не взорвалась, а после захода солнца весь город ждал самые страшные часы в июле. Всё это с непривычки.

Сложно передать ощущение осознания хрупкости дома, когда всю ночь на город сыплется шквал снарядов. С того момента людей можно было разделить на три категории: те, кто тихо в голове произносили слово «капец», те, кто плакал от ужаса, и те, кто пытался спрятаться за граненым стаканом водки. Я относился к первому типу, а моя мама - ко второму. Полночи мы провели, лежа на полу в прихожей.

Поезд в Киев отходил только днем, но уже утром мы с мамой поняли, что нервов нам не хватит, поэтому папа эвакуировал нас назад к бабушке. На следующий день город был закрыт на въезд и выезд. И был закрыт он два месяца.

Деревня

У бабушки тоже становилось небезопасно. Посёлок находился между двумя населенными городками, стоящими на холмах. Город А контролировала Украина, город Б контролировали ополченцы. Из-за чего мы всё чаще стали спускаться в подвал, стали его обустраивать и привыкать к сырости. Было страшно. Один раз ополченцы с танка стреляли по городу А, находясь в лесу, поэтому украинцы решили послать самолёт, чтобы тот минами поджёг лес и уничтожил танк. Мины почему-то полетели в наши огороды, а не в танк. Все успели спрятаться в подвале, только одного дядю из поселка задел осколок, но это была всего лишь царапина. Чуть позже свет со связью пропали на полтора месяца.

Первая кровь

До и после наводчики замечали наш посёлок лишь краем глаза, отчего менее страшно не становилось, но были три дня, когда кто-то решил пострелять по деревне, и в эти дни не обошлось без жертв.

День первый: прилетают несколько снарядов, один из которых ломает дом, а второй ранит бычка и петуха.

День второй: дом местные мужчины быстро восстановили, но вечером обстрел повторяется и ломается второй дом.

День третий: раненный петух погибает от того, что осколком снаряда ему снесло голову.

Дальше перестрелки были только по расписанию и нас никак не задевали, что не мешало нам бояться выстрелов и спать в подвале.

Помню, начали стрелять и я побежал звать бабушку из дома в подвал. Проходит две минуты, стреляют всё так же сильно, а бабушка из дома так и не вышла. Я возвращаюсь за бабушкой и понимаю, что она ищет пояс, чтобы спину не простудить в подвале.

Почти такой же случай произошел с отцом. Он решил наконец нормально поспать в доме, но мне его пришлось разбудить, потому что где-то рядом стреляли и резонно было посидеть в нашем импровизированном бомбоубежище. У папы крепкий сон. Бужу его, он открывает один глаз, и после моих алярмов он спрашивает: «А сильно стреляют или можно еще немного поспать?»

Моя попытка номер пять(2)

Очередная попытка эвакуировать меня, потому что мне надо было закончить школу. Один из самых сложных выборов в моей жизни: поехать в Вологду к тёте, которую я до этого видел два раза, а про город знал только из советского бэнгера про «Где ты моя черноглазая, где», или поехать в Киев жить к старшему брату с его новой семьей. Выбрал Вологду из-за Питера в перспективе.Приехали семьей в А, чтобы ранним утром посадить меня на автобус. Почему автобусы ходили по расписанию, когда вокруг шла война? Потому что война шла по расписанию.

Так уж повезло, что родственников у меня много и в городе А был дядя Жора, живший почти рядом с остановкой, где я должен был попрощаться с уже искореженной частью моей родной Украины. Мы не камикадзе, поэтому приехали в обеденный перерыв А-Б-уродов.

Сидели общались, ждали ночных салютов вояк, на этот раз находясь в паре сотнях метров от пушек. Так как и одни, и другие стояли в городах, то и стреляли они по городам. Помню, как оглушительный грохот закладывал уши, а глаза наблюдали за красными вспышками, которые посылали фейерверки в сторону моего Луганска, помню, как потом шквал ответных выстрелов хоронил под собой и так уже еле тлеющую жизнь города А.

Война не то что бы уже пропитала воздух запахом солярки, война уже давно уперлась холодным стволом к виску каждого. Дядя Жора рассказывал историю про своего соседа. Обычный мужик, вот только-только фронт накрыл их город, этот обычный мужик еще нормально жил, ездил на работу, и, как-то, возвращаясь с неё, попал под обстрел. Когда сзади него дорогу начало накрывать снарядами, он на скутере уехал в кювет, чтобы прибавить себе шансов на выживание. Выжил. Через неделю за обедом обстрел оборвал трапезу всей улицы и люди в ужасе стали нырять в подвалы. Рядом с подвалом упала железяка, которая из-за своей древности не разорвалась, слава богу. Воевали у меня дома старыми орудиями и старыми снарядами. Последние вносили свою особенную изюминку на театре боевых действий. Так вот, претерпев второй случай выживания, мужчина в истерике и со словами «третий раз не прокатит» бросил жену одну охранять дом и имущество, а сам уехал в мирный мир к своей дочке.

Дядя Жора

Возвращаясь к ужину и дяде Жоре — говорить было невозможно в моменты выстрелов. Громкость и то, как это пугало, можно было бы сравнить с тем, как если бы сабвуфер размером с человека резко появлялся рядом и начинал долбить. К концу лета никто не мог ошибиться в том, стреляют по тебе или от тебя. Дядя Жора даже придумал шуточную классификацию А-Б-уродов: «О, начали стрелять. Сейчас скажу, кто. Это стреляют свои, о, а это наши стреляют». «Свои»-«наши»? Мы не сразу просекли всю тонкость этой репризы, но это очень точно подчеркивало абсурд происходящего. Вся война протекала между своими и нашими. Ополченцы хотели спасти народ от украинцев, украинцы хотели спасти народ от ополченцев. Отлично. 20-30 тысяч человек спасли навсегда.

Спать было невозможно, потому что разгар рабочего дня военных припадал на ночь. Поднялся к дяде посмотреть телек, а он смотрел «...А зори здесь тихие». С улыбкой и непониманием я всё-таки решил попробовать поспать.На следующий день я проехал 12 блокпостов, увидел на них много ребят, которые выглядели моложе меня. Через две недели город А взяли в котел и кто-то уже более серьёзный, чем коренные ополченцы, резко прожевал украинских мальчишек.

Ближе к октябрю родные возвращались домой в Луганск и со слезами на глазах наблюдали останки танков, разбитые блокпосты, обугленный асфальт. В мою квартиру прилетел лишь один осколок. А под окнами, всего в ста метрах находившийся дом престарелых похоронил с десяток своих постояльцев, которые просто не смогли вовремя убежать от очередного обстрела.

Горгоньи ссылки про тогда и сейчас.

И огромное спасибо замечательной Ане Сацуро за иллюстрации.

Всем мир.

P. S. В Луганской области есть город Счастье, и Счастье сейчас не под контролем ЛНР.

#мойгород #истории

{ "author_name": "Anton Miroshnichenko", "author_type": "self", "tags": ["\u043c\u043e\u0439\u0433\u043e\u0440\u043e\u0434","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0438"], "comments": 21, "likes": 42, "favorites": 7, "is_advertisement": false, "section_name": "blog", "id": "63660", "is_wide": "" }
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": true }

Популярные комментарии

Дискуссии по теме
доступны только владельцам клубного аккаунта

Купить за 75₽
Авторизоваться

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность писать комментарии и статьи
  • общение с членами клуба
Подробнее

Преимущества
клубного аккаунта

  • отсутствие рекламы
  • возможность читать и писать комментарии
  • общение с членами клуба
  • возможность создавать записи

Сколько это стоит?

Членство в клубе стоит всего 75₽ в месяц. Или даже дешевле при оплате за год.

Что такое клуб?

Клуб ТЖ это сообщество единомышленников. Мы любим читать новости, любим писать статьи, любим общаться друг с другом.

Вступить в клуб

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Вы не против подписаться на важные новости от TJ?

Нет, не против
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byswn", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-130073047", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=cndo&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudv", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvc" } } } ]