{"id":1064,"title":"\u041f\u0440\u043e\u0439\u0434\u0438\u0442\u0435 \u044d\u0442\u043e\u0442 \u0442\u0435\u0441\u0442, \u043f\u043e\u043a\u0430 \u043a\u0440\u0438\u043f\u0442\u043e\u0433\u0440\u0430\u0444\u0438\u044e \u0438\u0437 \u0435\u0434\u044b \u043d\u0435 \u0437\u0430\u043f\u0440\u0435\u0442\u0438\u043b\u0438","url":"\/redirect?component=advertising&id=1064&url=https:\/\/tjournal.ru\/special\/kaleidofood&placeBit=1&hash=f30606208ead4bb67ee3624f20be3cd7a9b9c0ae8b2bd8a40218541848752d25","isPaidAndBannersEnabled":false}
Беларусь

Беларус, незаконно переплыв Буг, бежал в Польшу от политических преследований, а теперь его там судят

Меньше года назад Виталий (герой попросил не публиковать его фамилию и фото) был, как он сам говорит, обычным предпринимателем. Всю его жизнь перевернули президентские выборы в августе 2020 года. Виталия за протест против насилия и жестокости в Беларуси объявили в уголовный розыск: мужчине, по его словам, в общей сложности грозит около десяти лет тюрьмы. Ничего не оставалось, как бежать в Польшу и просить политического убежища. Однако и там его ждал суд. Виталий поделился с Еврорадио своей историей побега из страны из-за политических репрессий и рассказал, за что его судят в Польше.

Виталий говорит, что он не мог оставаться в стороне и никак не реагировать на аресты и избиения людей, которые мирно выражали протест против лжи и фальсификации выборов.

— Это меня очень сильно возмущало. Я старался делать всё, что в моих силах, чтобы этот беспредел побыстрее прекратился: участвовал во всех протестах, организовывал чаепития, объединял людей. Хоть и старался нигде особо не светиться, действовал осторожно, меня всё равно вычислили. Однажды рано утром, часов в пять, за мной пришли. В тот же день пришли с обыском и к моим родителям. Приехало аж два наряда ОМОНа. Я живу в частном доме. Его по-настоящему штурмовали. Силовики взяли дом в оцепление, забрасывали лестницы на забор. Знаю об этом со слов тех, кто видел, как всё происходило. Меня, к счастью, там не оказалось. Было понятно, в каком русле развивается дело. Поэтому решил некоторое время пожить не дома, — вспоминает собеседник.

Сейчас Виталий в Беларуси объявлен в уголовный розыск. На него завели дело сразу по нескольким статьям. Среди них и злостное хулиганство, и умышленное приведение в негодность транспортного средства или путей сообщения.

— То есть мне пришили и то, что делал, и то, чего и близко не делал, — продолжает Виталий. — Мне удалось связаться с моим адвокатом. Он сказал, что на меня повесили кучу уголовных статей, суммарный срок по которым может быть около десяти лет. Меня точно решили посадить, поэтому мне нужно исчезнуть. Я скрывался несколько месяцев в стране, думал, что в этой ситуации делать. Ко всему прочему, у меня не было паспорта. Когда домой приходили силовики с обыском, они арестовали часть моего имущества. Тогда же у них оказался и мой паспорт, который они забрали и не вернули. Это значило, что легально пересечь границу и куда-то уехать я уже не могу, даже если бы меня и выпустили из Беларуси. Поэтому я решил бежать в Польшу уже как получится, попросить там политического убежища. Если честно, я тогда совершенно не думал, что я буду делать в Польше. В мыслях было только добраться, а там мне уже точно помогут.

По словам Виталия, это был март прошлого года. Он наконец созрел для того, чтобы бежать в Польшу. Границу пересечь он решил по реке.

Граница Беларуси и Польши проходит в том числе по нескольким рекам

— Мне было очень страшно. Ведь река — это быстрое течение, холодная вода. Можно было просто погибнуть. О том, что я собираюсь сделать, родным не сообщал: за ними пристально следили. Написал только одной знакомой, которая живёт в Польше, что, возможно, через пару дней буду в их стране. Сделал это для того, чтобы в случае чего хоть кто-то мог сообщить родственникам, где приблизительно меня искать. Потому что со мной реально могло случиться всё что угодно.

Виталий вспоминает, что когда он перебрался-таки через реку, то очутился в каком-то болоте, из которого не знал, как выбраться. К счастью, там ещё тянула белорусская мобильная связь и он смог отправить своей знакомой из Польши свою геолокацию.

— Я просто больше ничего не придумал, потому что пересекал границу сам. Мне никто не помогал ни с белорусской, ни с польской стороны. Вокруг не было ни души. Знакомая живёт недалеко от границы. Это было раннее утро. Все ещё спали. Она подорвалась от моих сообщений, они с мужем оделись и сразу выехали ко мне. Нам не сразу удалось найтись. Они звали меня, сигналили. Я ещё минут 40 блуждал по болоту, а потом всё-таки вышел к ним.

Виталий рассказывает, что недалеко от места встречи его знакомые видели машину польских пограничников, но она оказалась пустой.

— Я, замёрзший, сел к знакомым в машину, и мы поехали к ближайшему пограничному пункту. Мне нужно было заявить о себе и заполнить анкету на предоставление мне статуса беженца. То есть у меня не было цели скрываться. При себе у меня был пакет с документами, которые мне удалось забрать, чтобы я мог доказать, что я бежал из Беларуси из-за преследования по политическим мотивам, — говорит мужчина. — Мы немного проехали и увидели, что навстречу едет машина с пограничниками. Я попытался объяснить, что мы и ехали к ним. Однако слушать нас особо не стали, задержали и повезли в пограничный пункт.

Как говорит Виталий, пограничники продержали его 11 часов без еды и воды. Его допрашивали. До вечера этого дня он вообще не знал, что с ним будет. Никто даже не говорил, депортируют ли его обратно в Беларусь.

— Меня свозили к прокурору, которая предложила мне признать вину, мол, я незаконно пересёк границу, и получить условно год. Выходит, я бежал от срока, чтобы мне снова дали срок? Мы долго разговаривали. Сошлись на том, что меня будут судить и я буду разбираться с этим всем со своим адвокатом. После этого меня снова отвезли в пограничный пункт и разрешили заполнить анкету на предоставление политического убежища.

Затем белоруса отправили в отель на карантин. Виталий ждал суда. Шёл процесс его легализации в стране.

— Правильное название статьи Уголовного кодекса не скажу, но меня должны были судить за незаконное организованное пересечение границы. Досталось и моим знакомым: их обвинили в организации всего этого, хотя они никакого отношения к этому не имели и лишь помогали мне добраться до пограничников. Самое интересное, что суд по этому делу прошёл внезапно и без нас. Но, как оказалось, в Польше по закону так можно. Нас троих признали виновными.

Уже после Виталий посмотрел материалы дела и выяснил, что в них не учтены многие обстоятельства, которые доказывают, что никакой организации незаконного пересечения границы не было. А он действительно переплыл реку, спасаясь от тюрьмы.

— Наши телефоны в самом начале были арестованы для того, чтобы изучить мою переписку со знакомой и узнать, действительно ли мне помогали пересечь границу. Так вот, переписка наша не была приложена к делу. Из неё точно было видно, что мы не сговаривались и помощников у меня не было, — отмечает Виталий. — Возможно, переписку не вставили из-за того, что по ней было понятно, что на границе мы встретили пустую машину без пограничников, чего быть не должно. Что человек 40 минут ходил по болоту, ему кричали и сигналили, а его никто не задержал. Кроме того, в деле было написано, что мои приятели высылали мне геолокацию, куда я должен перебираться через реку. Это враньё, такого не было. Я зашёл в свой телеграм с другого устройства и скопировал всю переписку. Надеюсь, что на апелляционном суде её примут во внимание. Он состоится 14 января.

Виталий говорит, что он даже приложил к делу протокол обыска дома, где прописано, что паспорт его забрали силовики. “Это официальное подтверждение, что я его не порвал, не выбросил”, — подчёркивает он.

На данный момент белорус уже признан беженцем, у него есть все необходимые документы, подтверждающие это. Сейчас ему осталось доказать, что в его действиях не было состава преступления.

— Если бы рядом со мной, когда я приплыл в Польшу, сразу оказались пограничники, то моим знакомым не пришлось бы даже приезжать. И сейчас я не борюсь с польским государством, я не борюсь с погранслужбой. Думаю, что всё это недоразумение, которое произошло, возможно, из-за миграционного кризиса. Этот случай никак нельзя ассоциировать с Польшей и отношением этой страны к белорусам в целом. Я просто хочу добиться, чтобы в моей ситуации честно разобрались.

0
0 комментариев
Популярные
По порядку
Читать все 0 комментариев
null