Разбор полётов: Gamergate

В середине октября до России наконец-то докатился вот уже несколько месяцев бушующий на Западе сложный комплекс скандалов под общим названием Gamergate.

TJournal попытался разобраться в непростых взаимоотношениях геймеров, феминисток и игровой прессы.

Поделиться

Что такое #gamergate

Любые попытки объяснить суть Gamergate в двух словах заканчиваются провалом. А всё потому, что, в отличие от какого-нибудь #bendgate, он не имеет чёткого начала, причин, времени, назначения и даже сторон.

Само название «Скандал в среде геймеров», которое популяризировал в своём твиттере актёр Адам Болдуин («Светлячок», «Чак»), как бы подчёркивает эту размытость. По своей сути Gamergate — назревавшая довольно давно общественная дискуссия сразу по нескольким темам, которая резко оживилась в конце минувшего лета на Западе и к середине октября успешно докатилась до России.

Gamergate стоит на двух «слонах»: роли женщин в игровой индустрии (как по ту, так и по эту сторону экрана) и этике игровой журналистики как таковой. А вспоминают в связи с ним чаще всего два имени — блогерши Аниты Саркисян и геймдизайнера Зои Куинн.

Своё понимание Gamergate в разговоре с TJournal изложил экс-журналист и популярный блогер, ныне работающий в компании Wargaming.net, Сергей Галёнкин.

В массы Gamergate пошел как манифест игроков против коррупции в игровой прессе. К сожалению (или скорее к счастью) реальных случаев коррупции за всю историю Gamergate обнаружено не было, хотя было найдено несколько случаев кумовства, например, когда журналистка писала про игру своей подруги. Невелик улов для такого массового крестового похода. В прошлые годы игрокам и без геймергейтов удавалось разоблачать куда более серьёзные случаи, например когда рецензию на игру писал один из ее разработчиков. В России это, кстати, частая история.Сергей Галёнкин

Все без ума от Зои

Чаще всего летопись Gamergate начинают вести с 27-летней американской девушки с ярко окрашенными волосами. Зои Куинн — геймдизайнер, чья самая знаменитая работа называется Depression Quest и соответственно названию является квестом, симулирующим состояние человека во время депрессии.

Зои, как сообщают многочисленные источники, совершила две ошибки, которые стали для неё роковыми. Во-первых, она начала встречаться с программистом и по совместительству любителем выносить сор из избы Эроном Гжони (Eron Gjoni). А во-вторых, этому самому Гжони изменила с одним из авторов популярного блога Kotaku.

Программист написал несколько гневных постов о поведении своей бывшей девушки и самоустранился, тогда как Куинн быстро стала мишенью номер один для всего игрового сообщества.

Я встречался с Зои Куинн. Я думал, что она самый невероятный и добросердечный человек в целом мире. Выяснилось, что она врала обо всём, во что я влюбился, и на самом деле является невероятной тварью. Она врала и манипулировала мной месяцами без особых усилий, потому что было невозможно поверить, что кто-то может быть настолько эгоистичной личностью, настолько убедительным лжецом и настолько талантливым манипулятором, в это же время полностью игнорируя все принципы, которые этот кто-то категорически поддерживал на словах.Эрон Гжони, разработчик

Длинный и довольно жалкий манифест Эрона вызвал совсем не тот эффект, которого ожидал его автор. Осуждение девушки народными массами перешло все границы и превратилось в откровенный харассмент: Зои доставали в соцсетях, по телефону и даже ставили палки в колёса её работе.

В это же время игровое сообщество начало задаваться вопросом о том, насколько тесно между собой общаются разработчики игр и журналисты, которые об этих играх должны писать беспристрастно, а также обвинять прессу, освещающую скандал с участием Куинн, в отклонении от этой болезненной темы в сторону того же сексизма.

Жертва Саркисян

В 2008 году, когда адвоката Джека Томпсона, известного своими нападками на разработчиков GTA, лишили лицензии, геймеры вздохнули с облегчением. Тогда казалось, что игровая индустрия одержала победу, и не разбирающиеся в вопросе люди больше не будут в неё лезть со своим уставом.

К сожалению, известная блогерша и феминистка Анита Саркисян — это в каком-то смысле новая и более страшная версия Джека Томпсона. Она строит свою карьеру на осуждении устоев игрового сообщества с позиции стороннего наблюдателя.

Я бы с радостью играла в видеоигры, но я не хочу стрелять в людей и отрывать им головы, это просто отвратительно.Анита Саркисян, блогер

До 2012 года Анита Саркисян была почти никому не известна: она с относительным успехом вела своё YouTube-шоу Feminist Frequency и не сильно волновала широкие народные массы.

Однако во времена бума Kickstarter, когда увлечённые радостями краудфандинга игроки готовы были пожертвовать деньги кому угодно, феминистка запустила сбор средств на съёмку пяти тематических эпизодов своего шоу. В каждой серии она планировала раскрыть по одному стереотипу о женщинах, часто встречающемуся в компьютерных играх.

Кампания имела оглушительный успех: Саркисян привлекла 158 тысяч долларов при необходимых 6 тысячах, а её ролики заметили в игровом сообществе. Один из них вышел как раз в тот момент, когда пользователи сети активно обсуждали историю Куинн. Разгневанные игроки достаточно быстро перекинулись на Саркисян, как оскорбляя её, так и прямо желая ей быть убитой или изнасилованной.

Но таким образом геймеры сделали Саркисян только сильнее. Превратившись в жертву, она привлекла внимание влиятельных людей, включая режиссёра фильма «Мстители» и создателя культового сериала «Светлячок» Джосса Уидона, и стала героем заголовков крупных СМИ.

Gamergate по-русски

Появление в России своих Саркисян произошло на удивление быстро. 16 октября сайт о «стиле, красоте, развлечениях и жизни» Wonderzine в лице автора Дарьи Татарковой выступил против российской версии игрового портала IGN.

Поводом для реакции девушки оказалась статья руководителя сайта Константина Говоруна под названием «Сексуальная объективация — это прекрасно». При этом текст на IGN сглаживал вызывающий заголовок более мелкой подписью «Бороться надо с сексизмом».

Как в своём блоге рассказал сам Говорун, материал должен был показать, что героиня игры может позволить себе быть сексуальной, если для неё прописан богатый бэкграунд и она интересна как личность, тогда как сексизм (дискриминация по половому признаку) должен быть искоренён.

Другой пример — Bayonetta, где на поверхности — сексуальная объективация тела героини, но на самом деле это игра о предельно сильной и независимой женщине (настолько, что Ларе Крофт и не снилось; это уж, скорее, идеал Айн Рэнд). В итоге Bayonetta одинаково вызывает коллапс сознания и у феминисток, и у дремучих мужчин с патриархальным сознанием.Из статьи Константина Говоруна

При этом автор Wonderzine сконцентрировался только на голом утверждении о том, что «объективация — это прекрасно» и пожаловался в главный офис IGN, из-за чего текст Говоруна пришлось снять. Сутки спустя Константин сообщил, что разобрался с английскими коллегами, и статья в скором времени вернётся на сайт в расширенном виде.

Позицию Говоруна о сексуальности героини игры Bayonetta 2 поддержал и Сергей Галёнкин.

Попытки обвинить Bayonetta в подрыве моральных устоев и унижении женщин со стороны американской прессы — это не проявление борьбы за права женщин, а классический пуританский консерватизм. Секс — плохо, сиськи — плохо, женщина — сосуд греха, уберите её с экранов.Сергей Галёнкин

Вслед за Wonderzine вывести из себя игровое сообщество решило и дружественное издание Look At Me. Колонка шеф-редактора Антона Мухатаева о том, что игры не являются искусством из-за незрелости их поклонников, вызвала резкую волну негатива в соцсетях.

В конце концов, в бурную дискуссию включился и коллективный блог об играх Kitchen Riots, чья редакция полностью состоит из девушек. Его авторы обратили внимание на то, что объективация — это палка о двух концах, и тут же попали под огонь феминисток.

С другой стороны, можно ли обвинить в сексизме меня, если при прохождении любой части Metal Gear Solid я улюлюкаю при виде пятой точки главного героя? Ведь нехорошо так получается, что женская сексуальность в играх вызывает столько споров, а пылающие жаром, оголенные мужские торсы никого не беспокоят.Оксана Клименко, Kitchen Riots

Тысяча и одна проблема Gamergate

Геймеры разбираются с тем, что такое сексизм и объективация, пытаются понять, почему Байонетта в латексе и с грудью навыкат — это плохо, а два часа голой Евы Грин во втором «Городе грехов» или песня музыканта The Weeknd про «хлюпающие киски» — это абсолютно нормально. И пока не осознают, что здоровый феминизм — не такая уж плохая штука.

Анита Саркисян пытается понять, что учить жизни сообщества людей (любые, не только игровые), не являясь их частью — опасно, а сексизм и угрозы в её адрес — скорее плоды плохого воспитания, чем общественного сознания. Зои Куинн пытается понять, что изменять своему парню плохо, особенно, если у него есть склонность откровенно писать о своих несчастьях в блог. Феминистки пытаются понять, что быть сексуальным не зазорно, если за этой сексуальностью стоит цельная личность.

Все эти трудности вылечит время. Однако Gamergate открыл глаза общественности на проблему, которую разрешить не так просто. Речь идёт о возникшем недопонимании между игроками и профильной прессой. Писать об очередной части Assassin's Creed абсолютно безопасно, но когда речь заходит об инди у читателей возникает множество вопросов: «Почему авторы так раскручивают адвенчуру о девочках-лесбиянках? Почему именно она? Почему портал Polygon выше оценил игру про свидания голубей, чем Destiny, в которую я наиграл больше сотни часов?»

Ядро активных сторонников Gamergate всегда оставалось антифеминистским. Эти люди координировали свои действия лучше других и использовали Gamergate как прикрытие для того, чтобы атаковать женщин-разработчиков и даже женщин-критиков. Вроде пресловутой Аниты Саркисян, которую сложно заподозрить в коррупции просто потому, что она игры вообще не хвалит.Сергей Галёнкин

Недоверие к прессе привело к самой опасной форме Gamergate: вслед за нападками на раздражителей вроде Саркисян и Куинн, прикрытые благородными целями геймеры начали диктовать игровым сайтам, что писать. Так группа сторонников движения Operation Disrespectful Nod вынудила компанию Intel отказаться от рекламы на портале Gamasutra с помощью жалоб на статью её редактора. В тексте говорится, что от понятия геймера давно пора отказаться, так как игроками стали уже почти все люди сознательного возраста. IT-гигант решил не спорить со своими потенциальными клиентами о вопросах идентификации и самоустранился.

Что дальше

В своей самой агрессивной и явной форме Gamergate постепенно подходит к концу, однако, судя по всему, останется с нами надолго.

Сейчас Gamergate в своём исходном виде сходит на нет — и слава богу. Но обнаженная им проблема массового недовольства игроков качеством прессы никуда не делась и рано или поздно ещё выплывет.Сергей Галёнкин

Говорит ли этот скандал о том, что игровая аудитория по-прежнему является незрелой и агрессивной? Скорее наоборот. Убеждённые в своей безнаказанности люди, бросающие угрозы в адрес друг друга — это не свойство геймеров, это свойство интернета как такового.

Сама по себе общественная дискуссия уровня Gamergate говорит о том, насколько сильно индустрия повзрослела. Азбучные вопросы о том, не вредно ли проводить вечера с геймпадом в руках и не вызывают ли жестокие игры агрессию за пределами виртуального мира, наконец-то отходят на второй план и дают место куда более сложным темам. Да, пока это сексизм, объективация и кумовство, но это лишь очередной этап на пути вверх, который нужно просто пережить.

Пойду в Shadow of Mordor объективировать орков,
Вадим Елистратов,
TJournal

Поделиться

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

3 лучших комментария

Запощу эту картинку и буду читать

56

Тем, кто во всё это говно вполне обоснованно окунаться не хочет: вся суть статьи в последних двух абзацах — слабоумные борцуны борются. Лучше сторонитесь.

35
117 комментариев доступны только владельцам аккаунта TJ+
Наверх