Истории
Roman Persianinov
11 518

Забытые потери: почему Пентагон годами игнорировал американских солдат, ставших жертвами химического оружия в Ираке Материал редакции

История об ошибке правительства США, за которую ответили случайные бойцы.

В закладки
Аудио
Американские солдаты в химзащите во время службы в Ираке, май 2003 года Фото Getty

В декабре 2005 года в небе неподалёку от иракского города Таджи зависли три боевых американских вертолёта. Внизу боевая команда из девяти человек в рамках учений продвигалась к ряду одинаковых белых складов, когда один из бойцов резко согнулся пополам и его вырвало, после чего он припал к земле.

Пока его оттаскивали сослуживцы, пилоту одного из вертолётов стало плохо. Она закашлялась, у неё начался зуд по всему телу, а затем сильная рвота. Солдат на борту другого вертолёта, также почувствовавший себя плохо, объявил «Код четыре» — сигнал, что транспорт атакован химическим оружием. Командование объявило о немедленном прекращении тренировок и эвакуации. Вскоре солдаты покинули территорию, где, как стало известно гораздо позднее, находился старый склад опасных веществ.

Этот эпизод — часть большой истории о том, как американские солдаты в Ираке стали жертвами химического оружия из-за действий собственного правительства. Пентагон годами замалчивал информацию, запрещая раненым рассказывать об инцидентах, и пошёл на уступки только под давлением СМИ.

В 1980-х годах США помогали Ираку производить химическое оружие, но умолчали об этом во время вторжения в 2003 году

В 2003 году США вторглись в Ирак с целью найти и уничтожить проект по созданию оружия массового поражения. После теракта 2001 года Джордж Буш настаивал, что Саддам Хуссейн развивает подобную программу, и её необходимо остановить. Несмотря на то, что в ООН не нашли этому доказательств, американская общественность и многие СМИ поддержали правительство.

В 1980 году Ирак атаковал охваченный революцией Иран в рассчёте на быструю победу. Однако нападающий быстро стал обороняющимся, когда иранские силы начали бомбардировать города обидчика. В надежде переломить войну Хуссейн создал секретную программу «Проект 922» по производству везиканта (химических соединений, вызывающих нарывы и крапивницу) и других нервно-паралитических отравляющих веществ.

Иранские солдаты в противогазах во время войны с Ираком Фото AP

Средства и оборудование для создания химического оружия предоставили компании Западной Европы и США. Немецкие фирмы помогли иракскому правительству наладить производство ингредиентов для создания химического оружия в Самарре, а также поддержали строительство лабораторий и бункеров для хранения. К 1987 году производство иприта (боевого отравляющего вещества кожно-нарывного действия) в Ираке достигло 90 тонн в год, в том числе благодаря американским компаниям, поставлявшим нужные ингредиенты.

Для рассеивания химических веществ Ираку требовалось всё больше боеприпасов. Хуссейн закупил авиационные бомбы у испанского производителя, американские артиллерийские снаряды от европейских компаний, а также египетские и итальянские ракеты «земля-земля», чтобы заполнить их химическим оружием.

Результат химического удара во время войны Ирака и Ирана. Суммарно последствия атак стали причиной гибели около 20 тысяч иранских медиков и солдат Фото из архива иранского солдата

Ирано-иракская война, где Иран также применил химическое оружие, но на более поздних этапах, завершилась ничьей. Во время войны в Персидском заливе, в ходе которой США и западные страны выбили Ирак из Кувейта, большую часть химических запасов израсходовали. После поражения Хуссейн ликвидировал программы, однако тысячи химических снарядов и боеголовки сохранились в секретных бункерах, где и находились до вторжения США.

С виду химические боеприпасы выглядели как обычные. Вдобавок иракские войска намеренно неправильно маркировали их, чтобы сбить с толку иностранных инспекторов. Вот только иностранным спецподразделениям, которые отправились в Ирак с одной целью — найти и ликвидировать химические запасы — никто не сообщил об этих тонкостях.

Американские солдаты сталкивались с химическим оружием, но детали этих случаев засекречивали, а жалобы бойцов на здоровье игнорировали

В мае 2004 года военный инженер по разминированию Джеймс Бернс и его напарник Майкл Янделл изучали остатки снаряда, взорвавшегося рядом с американским патрулём на юге Багдада. Взрыв оказался слабым и никто не пострадал, но оставшуюся оболочку следовало уничтожить. Такие процедуры проводили там же, где нашли опасный объект, но в районе работали снайперы противника, так что солдаты решили уничтожить объект на базе.

Янделл взял снаряд и отнёс в военный транспорт. После начала поездки Бернс почувствовал странный горьковатый запах, но решил, что он исходит от гниющих фруктов на базаре неподалёку. Вскоре у него заболела голова. То же самое испытывал Янделл, который вёл машину: его тошнило, координация движений нарушилась, а зрение помутнело.

Инженеры не помнят последние минуты поездки — при входе на базу они не разрядили винтовки и пистолеты, забыв о привычке и строгом правиле. Бернс понял, что виной этому найденный снаряд. «Я решил, что из-за меня Майк и все остальные погибнут, ведь я привёз на базу химический снаряд», — вспоминал солдат. Он обсыпал объект отбеливателем для дезактивации, а затем направился в душ.

Бернс во время службы в Ираке Фото из его личного архива

Там уже находился Янделл, разглядывающий в зеркале свои сильно сузившиеся зрачки. «Классический признак отравления зарином (вещество нервно-паралитического действия — прим. TJ)», — рассказывал специалист. Когда инженеры сообщили в госпитале, что подверглись воздействию химического оружия, медики не поверили и заподозрили тех в употреблении наркотиков. Но когда снаряд проверили, стало ясно, что солдаты не врали.

Внутри 152-миллиметрового объекта действительно находился зарин. В 1988 году Ирак экспериментировал с такими снарядами, но на массовый поток не ставил. Именно из-за их редкости инженеры не поняли, с чем столкнулись, хотя концентрация зарина в снаряде составляла 43% — достаточно, чтобы стать смертельным.

Благодаря оперативным действиям медиков Бернс и Янделл выжили, практически не получив повреждений. Но историю тут же засекретили, солдатам запретили раскрывать детали операции. Два дня спустя Пентагон официально сообщил о случае подвержения воздействию зарина, но не раскрыл детали или имена пострадавших.

Бернс на крыльце своего дома в США, 2014 год Фото Getty

Бернсу и Янделлу вручили Пурпурные сердца — медаль, которой награждают за полученное ранение или гибель, и отправили в отпуск на десять дней. Когда срок подошёл к концу, им приказали вернуться к службе, хотя они всё ещё страдали от головной боли и нарушений вестибулярного аппарата.

Бернс почувствовал себя плохо и упал во время первой же операции: он нёс старую взрывчатку к месту уничтожения. «Я помню, как падал и пытался не уронить взрыватель. Нам не должны были разрешать работать в таких условиях», — вспоминал солдат. И он, и Янделл не понимали, почему их не отправили домой.

В сентябре 2004 года, через несколько месяцев после возвращения Бернса и Янделла на службу, американские власти опубликовали детальный анализ иракской программы оружия массового поражения. В нём говорилось, что в стране не проводятся подобные программы уже больше десяти лет, а все найденные старые запасы не представляют «значимой военной угрозы».

Американские солдаты складывают старые боеприпасы для последующего подрыва. В каждом из этих снарядов могли оказаться химические агенты Фото Getty

В отчёте также говорилось, что военные уже обнаружили по меньшей мере 10 тысяч различных боеприпасов, но ни в одном из случаев они не содержали опасные химические элементы. Это заявление, позже опровергнутое, стало следствием внутренних военных условностей.

Почти никогда у солдат не было возможности изучать каждый снаряд и выявлять, какой из них содержит опасные агенты. В одном случае они находились в зоне активности противника и не хотели рисковать, в других случаях их поджимало время. «Вы каждый день массово взрываете [снаряды], потому что на исследование каждого уйдёт слишком много времени. Химических снарядов было гораздо больше, чем мы обнаружили, потому что многие взрывали на месте», — вспоминал неназванный военный инженер.

В конце 2004 года Янделла и Бернса всё-таки отправили домой. У Янделла постоянно болела голова, а Бернс жаловался на провалы в памяти, проблемы с чтением, балансом и покалывания в ногах. «Я роняю инструменты, банки, стаканы с водой, ручки и карандаши. Вставая со стула, я споткнусь или едва не упаду. Во время разговора я заикаюсь или теряю мысль», — описывал солдат своё положение в медицинском отчёте.

США не успели уничтожить все старые боеприпасы, а позже Ирак захватили террористы и применяли химическое оружие

В 2006 году Сенат США полномасштабно работал над новым отчётом об иракской программе создания оружия массового поражения. Это исследование во многом зависело от взаимодействия с Пентагоном, но когда американские солдаты нашли неподалёку от Багдада склад с более чем тремя тысячами ракет с химическим агентом, армейское руководство умолчало об этом.

В итоге в отчёте сената говорилось об обнаружении лишь 500 ракет. Более того, документ опровергал связь вооружения с американскими и европейскими производителями. Однако, как позже рассказала газета The New York Times, многие химические агенты, включая везикант, хранились как раз в снарядах M110 американского производства.

В марте 2011 года такой объект поднял инженер Ричард Бизли, не зная, какую опасность он представляет. На следующий день нога солдата покрылась волдырями, то же происходило с его командиром. В ближайшем госпитале им не смогли помочь, лишь обработав поражённую зону кремом от ожогов.

Волдыри на ноге Бизли после инцидента Фото из его личного архива

«[Врачи] правда не знали, что делать. Было какое-то тотальное непонимание», — вспоминает Бизли. После того, как анализы крови и мочи выявили у пострадавших отравление ипритом, их не отправили лечиться в США, а оставили в иракском госпитале.

Раненым запретили рассказывать о произошедшем и отказались наградить Пурпурными сердцами якобы потому, что они получили ранение уже после прекращения «контакта с противником». «[По мнению армии], мы, простыми словами, ранили сами себя», — жаловался Бизли на решение Пентагона. — «Я этот снаряд в ту дыру не клал. Я сделал то, что от меня требовалось». После ухода со службы в 2008 году никто из армейского руководства не связывался с ним.

К 2011 году американские войска обнаружили больше четырёх тысяч боевых снарядов, среди которых наверняка присутствовали и начинённые химическими агентами. После окончания войны задача по уничтожению оставшихся запасов перешла на правительство Ирака, однако власти не успели выполнить эту задачу к моменту, когда большую часть страны заняли террористы ИГ.

Командир и бойцы иракских повстанцев в городе Башир вскоре после химической атаки террористов, 2016 год.
Фото TIME

В августе 2015 года боевики впервые применили химическое оружие против курдских бойцов, обстреляв их зарядами с ипритом. Как минимум 40 человек пострадали: они столкнулись с тошнотой, сильным жжением в глазах и лёгких, а их тела покрылись болезненными волдырями. С тех пор террористы неоднократно использовали химическое оружие, включая заряды с хлором.

Точно неизвестно, какую роль в появлении такого оружия у боевиков сыграли старые снаряды времён Ирано-иракской войны. Как писала газета The Washington Post, после захвата большой части страны последователи ИГ завербовали учёного, который в прошлом занимался программой Хуссейна по производству химического оружия. Возможно, что под угрозами к боевикам присоединились и другие работники программы. Во время вторжения США многих из них задержали, но в 2008 году отпустили.

После резонанса в СМИ в Пентагоне пообещали помочь солдатам-жертвам химического оружия, но многие до сих пор ждут помощи

В октябре 2014 года репортёры The New York Times нашли 17 американских солдат и семь иракских полицейских, которые стали жертвами химического оружия после 2003 года. Большинство так и не оправилось от поражения, страдая от проблем с реакцией, дыханием и обработкой информации. Лишь после расследования NYT Пентагон признал, что не обеспечил должным медицинским уходом людей, ставших жертвами химического оружия.

Весной 2015 года ведомство рассказало, что как минимум 600 солдат написали заявления о ранении опасными веществами во время службы в Ираке. Но эти сообщения не рассматривались. Минобороны пообещало организовать медкомиссию для ветеранов, обеспечить их необходимым лечением и наградить Пурпурными сердцами, чтобы те получали пенсию по ранению.

Тогдашний министр обороны США Чак Хэйгел готовится выступить с отчётом, доказывающим сотни ранее скрытых случаев, когда американские солдаты становились жертвами химического оружия, 2015 год Фото EPA

Четыре года спустя, в июне 2019 года, репортёры The New York Times выпустили новое расследование о том, насколько успешно Пентагон выполнил свои обещания. Некоторых военнослужащих действительно признали ранеными от химического оружия спустя годы после того, как эту информацию замалчивали, а солдатам отказывали в лечении.

К весне медицинскую проверку прошли 7900 солдат, из которых лишь у 153 подтвердили поражение химическими веществами. Часть из них наградили медалями, но другие всё ещё ждут рассмотрения своих дел. Среди них — лётный инженер Аннет Неллис (Annette Nellis), которая попала под воздействие опасного агента во время службы в Ираке в 2005 году.

Аннет Неллис во время службы в Ираке Фото из её личного архива

В течение шести часов после поражения веществом на её лице и теле появились болезненные волдыри, которые постепенно увеличивались. Вскоре у неё развились проблемы с лёгкими и назальная обструкция (проблема с дыханием через нос), а волдыри со временем стали шрамами. В 2008 году у Неллис диагностировали хроническую бессонницу: она просыпается ночью из-за неспособности свободно дышать. Решить проблему не удалось даже после операции.

Как и у других американских солдат-жертв химического оружия, у женщины возникли проблемы с памятью и язвы в носовом проходе. Из-за боли она несознательно сжимала челюсть, которая в итоге сместилась. По словам ветерана, она потратила несколько тысяч долларов на медицинские препараты и операции по частичному скрытию шрамов.

Судьба её сослуживца Ронни Уокера (Ronnie Walker) оказалась ещё сложнее: после поражения химическим оружием у него начались проблемы с центральной нервной системой, из-за чего ветеран около года провёл прикованным к постели. А другой член команды, Брайан Орнштейн (Brian Ornstein), который на момент службы в Ираке находился в отличной физической форме, после инцидента стал испытывать слабость в мышцах ног и постоянные головные боли.

Ронни Уокер Фото из его личного архива

Долгие годы солдаты не понимали, что с ними происходит. Лишь после публикации NYT они заподозрили, что также стали жертвами химического оружия, и решили действовать сообща. «Мы сложили два и два и поняли, что все выполняли одну и ту же миссию, когда подверглись [воздействию химического оружия]», — рассказал Уокер. Все три ветерана прошли медкомиссию от Пентагона, чтобы проверить подозрения.

Специалисты подтвердили, что Неллис попала под воздействие неизвестных химикатов, но отказались признать, что это повлияло на её здоровье. Орнштейну сообщили, что он, вероятно, вовсе не попадал под воздействие химикатов, а Уокеру не позвонили и не сообщили о результатах.

Брайан Орнштейн Фото из его личного архива

После публикаций NYT Неллис добилась прогресса в отношениях с армией. У неё подтвердили болезнь Рейно — расстройство, которое делает конечности гиперчувствительными к холоду. В служебном сообщении сказано, что это связано с «поражением химическим агентом на войне».

Однако требование женщины признать её инвалидность из-за проблем с иммунной системой регулярно отклоняются. За её диагноз поручился лётный врач и полковник ВВС Микаль Купке (Mical Kupke), подтвердивший, что её состояние здоровья связано с военным инцидентом. В армии это заключение не признали доказательством.

На службе Неллис не раз попадала в открытые перестрелки с противником и выносила тела погибших сослуживцев, но хронические проблемы со здоровьем подкосили её эмоционально. В июне 2019 года она призналась, что с трудом верит в какие-либо изменения в отношении себя и других солдат, ставших жертвами химического оружия в Ираке. «Теперь мы сражаемся с государством, за которое когда-то шли в бой», — заключает ветеран.

{ "author_name": "Roman Persianinov", "author_type": "editor", "tags": ["\u0441\u0448\u0430","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0438","\u0438\u0433\u0438\u043b","\u0432\u043e\u0439\u043d\u0430"], "comments": 61, "likes": 68, "favorites": 80, "is_advertisement": false, "subsite_label": "stories", "id": 107391, "is_wide": false, "is_ugc": false, "date": "Tue, 23 Jul 2019 19:33:52 +0300", "is_special": false }
Комментарии

Муниципальный холод

4

Лесной камуфляж в пустынной стране, хех. В 'Generation Kill' не наврали.

Медицинский кубок

2

типичные сша

Тупой фонарь

23

Т.е сначала пендосы помогают производить ираку хим оружие, а потом вторгаются потому что оно у них есть? Норм многоходовочка

Истории
дискуссии в сообществе доступны только владельцам клубного аккаунта
С клубным аккаунтом вы сможете
создавать записи и вести дискуссии в закрытых сообществах
наслаждаться нашим сайтом без рекламы
помочь проекту и почувствовать себя лучше
Купить за 75₽
Обсуждаемое
Новости
Правительство рекомендовало ограничить использование мобильных телефонов в школах
Для родителей, учеников и педагогов также разработали памятку по использованию гаджетов.
Новости
При взрыве на свадьбе в Кабуле погибли более 60 человек. МВД Афганистана заявило о совершении теракта смертником
Власти обвиняют «Талибан», но группировка отрицает свою причастность.
Новости
Илья Яшин вышел на свободу после третьего подряд ареста. И его снова задержали
За призывы к участию в неких «акциях 18 и 19 августа».

Прямой эфир

[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "Article Branding", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cfovy", "p2": "glug" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byswn", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-130073047", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=cndo&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Баннер в ленте на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudv", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "ccydt", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvc" } } } ]