Истории
Roman Persianinov
8665

Жители Конго регулярно нападают на волонтёров и уничтожают медцентры лечения эболы. Они не верят власти и боятся врачей Материал редакции

ООН и ВОЗ ищут способ восстановить отношения с людьми, но местное правительство предпочитает игнорировать своих граждан.

В закладки
Аудио
Вакцинация от эболы в Конго Фото EPA

1 августа эпидемии эболы в Демократической Республике Конго исполнился год. За это время от болезни умерли больше 1800 человек, что сделало нынешнюю вспышку второй по числу жертв в истории. В июле 2019 года Всемирная организация здравоохранения объявила ситуацию в Конго чрезвычайной — это означает, что распространение вируса до сих пор не остановили.

Немалую роль в кризисе играют местные: они регулярно нападают на медцентры и работающих там специалистов, приехавших в страну добровольно. Жители Конго массово не доверяют власти, которая потеряла репутацию на фоне жестоких столкновений с партизанами, и боятся сотрудников гуманитарных организаций.

После массовых убийств в Конго жители перестали доверять правительству, а с приходом эболы — врачам и волонтёрам

С 2013 года в северо-восточном городе Бени в провинции Северное Киву начались серийные убийства. Неизвестные нападали на прохожих и жестоко расправлялись с ними, в основном применяя мачете. Вскоре относительно мирный регион стал местом концентрации страха и паранойи, а к октябрю 2014 года число погибших от атак неизвестных достигло 800 человек.

Благодаря расследованию правозащитников выяснилось, что за резнёй стояли несколько противоборствующих группировок, желающих дестабилизировать и подчинить себе регион. Серию убийств запустила группировка ADF, сотрудничавшая с террористами «Исламского государства», но затем к насилию присоединились более мелкие партизанские организации.

Позже в ситуацию вмешались власти Конго, послав национальную гвардию. Однако это не только не остановило насилие, но и разожгло его с новой силой. Солдаты участвовали в массовых убийствах гражданских. К 2016 году убивать стали значительно реже, но большая часть подозреваемых осталась на свободе, следует из отчёта правозащитников.

Похороны жертв резни в Бени, 16 апреля 2015 года Фото Getty

Власти Конго не признали обвинений в том, что использовали армию в массовых убийствах для восстановления контроля в регионе. Более того, в тюрьму по делу о резне в основном отправились оппозиционеры, диссиденты и локальные чиновники.

В 2018 году, когда в Конго пришла эбола, жители Бени и ближайших регионов не забыли о серии массовых убийств. Из их памяти никуда не ушёл страх о времени, когда после атак неизвестных на улицах оставались десятки трупов, а власти либо игнорировали происходящее, либо замалчивали реальное положение дел. Это состояние вылилось в паранойю и агрессию, с которой столкнулись те, кто не имел к атакам никакого отношения — волонтёры и медики.

Когда эпидемия разрослась, житель Конго Жанвье Мандефу (Janvier Mandefu) бросил фермерство и устроился на работу по захоронению тел, заражённых эболой. Он и его команда боялись не столько болезни, сколько родственников умерших. Мандефу много раз прерывал работы по погребению из-за разбитых и напуганных людей: те обвиняли добровольцев в краже органов своих близких и угрожали расправой.

Погребение заражённых тел в Конго Фото EPA

В апреле 2019 года Мандефу хоронил трёхлетнюю жертву эболы. Во время погребения местный житель достал ручную гранату и потребовал прервать процесс, угрожая подорвать себя и работников. Тело в итоге бросили на земле. С насилием сталкиваются и сотрудники медцентров, где хранят вакцины от эболы и содержатся заражённые. Эти учреждения неоднократно поджигали, а их работников, в том числе иностранных врачей, убивали.

В особо заражённых областях на волонтеров оказывается наибольшее давление. Поэтому из-за страха за работников организации эвакуировали часть персонала из таких зон. Часто жители опасаются обмана и не пускают в дом медиков, которые хотят забрать тело умершего от эболы. Если раньше волонтёры вызывали полицию, которая под угрозой ареста вынуждала пустить медиков, то теперь от этой практики отказались.

«В новом протоколе сказано бросить тело. Местные жители усвоят урок, когда заболеют», — считает доброволец Филимон Калондеро (Philemon Kalondero).

Главная дорога в Бени Фото Razdagger, Flickr

Такой пессимизм пришёл не сразу. Когда эпидемия только началась, в Конго прибыли медики и добровольцы с большим опытом борьбы с эболой. Многие из них знали как действовать: в 2013 году они участвовали в подавлении вируса в западной Африке, когда умерли больше 11 тысяч человек.

Однако распространение болезни в первые же месяцы не остановили. Она дошла до восточного города Матанго, а оттуда — до Бени, где живёт около 350 тысяч человек. Местные политики и жители встретили новости о болезни с подозрением и предположили, что вирус распространили власти, чтобы по-прежнему убивать людей.

Эта и схожие версии оказались столь популярны, что к началу 2019 года лишь 2% опрошенных жителей Северного Киву заявили, что доверяют правительству. В регионе проживает больше семи миллионов человек. «Честно говоря, я не верю, что убийства в Бени и нынешняя болезнь не связаны», — сказал член национального собрания Конго Криспин Митондо (Crispin Mitondo) осенью 2018 года.

ООН и ВОЗ готовятся к усиленной борьбе с эболой в Конго, но местные власти не стремятся помогать

В декабре 2018 года в Конго готовились к первым за многие годы президентским выборам, на которые многие критики руководства страны сделали ставку. В оппозиционных регионах стояла напряжённая атмосфера, так как голосование планировалось ещё в 2016 году, но тогдашнее руководство отсрочило это.

Перед выборами правительство из-за вспышки эболы закрыло пункты голосования в нескольких регионах, в том числе в Бени, где давно формировались оппозиционные настроения. Хотя министерство здравоохранения заявляло, что это не требуется. Как итог — на улицы вышли сотни недовольных, которые подожгли медцентры по лечению вируса. С этого началась волна открытой ненависти жителей региона к подобным гуманитарным участкам.

Власти, стремясь удержать ситуацию под контролем, разрешили полиции и солдатам сопровождать волонтёров, которые ходили по домам для вакцинации, и в случае нападения стрелять на поражение.

Даже если атакующие — это местные жители, не желающие отдавать тело умершего родного, боясь, что его осквернят. Силовой метод привёл к тому, что жители Конго стали воспринимать медцентры как места, куда людей отправляют не лечиться, а умирать.

Страх и агрессия распространились дальше. В феврале 2019 года неподалёку от города Бутембо сожгли центр по лечению эболы, который организовали врачи без границ. На месте пепелища оставили послание: «В будущем мы планируем нечто ещё более масштабное, чем это». Пациенты пережили пожар, но в страхе разбежались в неизвестных направлениях, только распространив заболевание.

Руины сгоревшего медцентра Фото Reuters

В апреле в Бутембо неизвестные ворвались в университетскую больницу и застрелили добровольца ВОЗ. Виновных этого убийства, как и многих других, не нашли. Многие врачи и медицинские добровольцы не понимают, кто организует эти нападения, а власти почти во всех случаях держатся в стороне.

Гуманитарные специалисты в Конго уверены — оборудование медцентров и нынешние вакцины позволяют если не лечить от эболы всех, то эффективно подавлять её распространение и спасать многих людей. Именно поэтому недоверие жителей играет столь важную роль в дальнейшем распространении лихорадки. По данным Минздрава, больше 40% заболевших эболой игнорируют правительственные призывы обращаться в медцентры и умирают дома, заражая остальную часть семьи.

В июле 2019 года ООН и ВОЗ признали ситуацию в Конго «чрезвычайной» и пообещали начать «усиленную работу» по приостановке распространения эболы. Организации планируют вакцинировать практически всех жителей страны, а не только тех, кто вступал в контакт с заболевшими.

Мать ребёнка, предположительно скончавшегося от эболы, плачет над его гробом в Бени Фото Reuters

Власти близлежащих стран опасаются, что болезнь проникнет к ним. В Руанде вакцинировали около трёх тысяч пограничников. Аналогичные меры предприняли в Уганде, где в июле зафиксировали вспышку болезни.

Подобные истории уже случались: страдающая от эболы семья из Конго сбежала из пограничного центра в надежде скрыться в другой стране. Как минимум два человека, включая пожилую женщину и ребёнка, скончались. Судьба остальных неизвестна.

Вдобавок правительство Конго сформировало независимое ведомство по борьбе с эболой. Ранее полномочия лежали на министерстве здравоохранения, но после ухода с поста его главы Оли Илунга (Oly Ilunga) ситуация изменилась.

Гуманитарные службы давно ждали этого решения из-за репутации чиновника. В расследовании о главе Минздрава говорилось, что он часто использовал бюджетные средства нерационально. Например, во время посещения зон заражения он снимал люкс-номера в отелях и арендовал дорогие машины, пока многие медики на госслужбе недополучали зарплату.

Оли Илунга Фото Getty

На организацию новых мер по борьбе с эболой стране требуется около 290 миллионов долларов, которые власти планируют взять в кредит у Всемирного банка (штаб-квартира в Вашингтоне). США, которые остаются основным донором средств на борьбу с вирусом в Конго, пообещали выделить дополнительные 38 миллионов долларов. Авторы нового плана хотят восстановить доверительные отношения к населением, организовать массовую вакцинацию, а также раздачу еды и медикаментов.

12 августа учёные, тестирующие новые вакцины от эболы в Конго, заявили, что болезнь больше не является «неизлечимой». В прошлом около 70% жителей Конго, заболевших лихорадкой и отправившихся в медцентры, умирали из-за неэффективного лечения. Теперь же, уверяют специалисты, процент выживания в случае посещения больницы составит 90%. С этим, по задумке, уйдёт и страх людей, которые уже слишком часто сталкивались или слышали истории о том, как люди отправлялись в медцентры и умирали.

Как именно власти и волонтёры планируют восстанавливать диалог с местными жителями до того, как те увидят эффект от новых препаратов, пока неизвестно. Как пишет издание Deutsche Welle, на востоке Конго человеческая жизнь «стоит немного», а в правительстве не заинтересованы помогать жертвам эболы и ежедневных нападений, которые заполонили регион из-за нестабильного положения.

По сообщениям СМИ, в годовщину начала эпидемии жители города Буниа вышли на митинг и, предположительно, пронесли по улицам отрезанную голову женщины, которую убили неизвестные. Таким образом митингующие якобы рассчитывали привлечь внимание правительства к социальному и гуманитарному кризисам. Позже в разговоре со СМИ министр внутренних дел Конго заявил, что новость о демонстрации — это выдумка.

{ "author_name": "Roman Persianinov", "author_type": "editor", "tags": ["\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0438","\u0437\u0434\u043e\u0440\u043e\u0432\u044c\u0435","\u0431\u043e\u043b\u0435\u0437\u043d\u0438","\u0430\u0444\u0440\u0438\u043a\u0430"], "comments": 44, "likes": 45, "favorites": 28, "is_advertisement": false, "subsite_label": "stories", "id": 109713, "is_wide": false, "is_ugc": false, "date": "Tue, 13 Aug 2019 17:19:35 +0300", "is_special": false }
Комментарии

Силовой кофе

39

Не мешайте людям вымирать. Что за комплекс бога у белого человека?

Удачный корабль

2

Спасибо за материал. Стараюсь следить за развитием событий на reddit, но вечно не хватает времени.

Психический Петя

7

О, антиваксер-Васильев с удовольствием сюда поедет жить, райское местечко для него.

Истории
дискуссии в сообществе доступны только владельцам клубного аккаунта
С клубным аккаунтом вы сможете
создавать записи и вести дискуссии в закрытых сообществах
наслаждаться нашим сайтом без рекламы
помочь проекту и почувствовать себя лучше
Купить за 75₽
Обсуждаемое
Интернет и мемы
В Краснодаре в трамвае можно оплатить билеты с Apple Pay, а еще помыться
Новости
16-летний подросток в Ульяновской области убил семью из пяти человек и покончил с собой
Юноша был отличником и участником олимпиад, в том числе — конкурса «Умницы и умники».
Интернет и мемы
«Я считаю, это хорошая стабильность»: интервью москвички о протестах привело к её деанону и серии пародий
В разговоре с TJ женщина заявила об угрозах в личных сообщениях и сказала, что её слова исказили.

Прямой эфир

[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "Article Branding", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cfovy", "p2": "glug" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byswn", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-130073047", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=cndo&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Баннер в ленте на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudv", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "ccydt", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvc" } } } ]