{"id":1064,"title":"\u041f\u0440\u043e\u0439\u0434\u0438\u0442\u0435 \u044d\u0442\u043e\u0442 \u0442\u0435\u0441\u0442, \u043f\u043e\u043a\u0430 \u043a\u0440\u0438\u043f\u0442\u043e\u0433\u0440\u0430\u0444\u0438\u044e \u0438\u0437 \u0435\u0434\u044b \u043d\u0435 \u0437\u0430\u043f\u0440\u0435\u0442\u0438\u043b\u0438","url":"\/redirect?component=advertising&id=1064&url=https:\/\/tjournal.ru\/special\/kaleidofood&placeBit=1&hash=f30606208ead4bb67ee3624f20be3cd7a9b9c0ae8b2bd8a40218541848752d25","isPaidAndBannersEnabled":false}
Истории
Alex Gladkohatyy

«Сага» о Патросе

История человека с лейбла Oxxxymiron'a, осужденного на 24 года по статье human trafficking в Греции.

Слева герой данного рассказа — Серж (Сага), справа юный Мирон Федоров(на то время MC Mif)

В этом материале я собираюсь рассказать про греческую портовую тюрьму и то как эта система работает изнутри, насколько было возможно в неё погрузиться, а так же непосредственно про опыт пребывания в ней. Не мой, сразу обозначу: в одном из фантасмагорических путешествий по Европе, я повстречал уникальную личность, которая решила поделиться своей историей. Мой друг Серж – русский эмигрант в Германии, который живет там большую часть своей жизни. Отучившись в гимназии имени Гермгольца, он успел повидать немало за последние 12 лет, а началось все с тюремного заключения. Автор этих слов с того времени успел побывать не в одном месте временной изоляции, но вторит что «земля Эллады» навечно засела в его голове как самое мерзкое место заключения, с абсолютной, всепоглощающей ненавистью от узников до представителей исправительной и судебной системы.

В интервью Keep it Real от 19 августа 2011 года, Оксимирон заявил, что родоначальниками рэпа на русском он одно время считал себя и своего друга, с которым они сформировали группу, название которой кануло в лету. "Сага так не написал ни одной строчки и в последствии сторчался". Правда лишь в том, что на судьбу второго выпала уж точно не такая завидная участь быть кумиром молодежи и обучаться в Оксфорде.

Ему и водителю, было велено перевезти двух мигрантов, предложено не много, не мало на то время — 50 тысяч евро. В их обязанностях было разработать маршрут, раздобыть неприметный транспорт, а конечной точкой был обозначен небольшой город в Италии. Решено было не мудрить и арендовать минибус, поехать в порт города Патрос (Патры) загрузившись на паром, спустя несколько дней достичь точки назначения по суше. Но все пошло немного не так как задумывалось… (далее со слов самого Сержа. Поддержать донатом его можно: 5375 4141 0992 6427/Maria Omelchenko)

В сознании до и после можно было провести точную демаркацию: разъединение материков, движение литосферных плит насколько все человеческое хрупко: как тело, которое ломит от холода на бетонном полу, как легкие, которые вдыхают с одной стороны тюремную сырость, со второй такой желанный табачный дым, кочующего по коридору надзирателя. Как возможности, какие то постулаты свободы. Честно говоря, я думал что нам все сойдет с рук, имея паспорта граждан Евросоюза на руках, поворчат, мол и оставят в покое.

Базис прав, принципы, красные линии через которые местные «делки» не перешагнут, оказался мнимым. Или же мы были молоды, и слегка инфантильны. В общем как вскоре вы поймете, нам повезло больше чем было мозгов

Поговаривали что от детей беженцев, не подсудимых закону избавлялись просто — одним патроном, просто так, за оградкой, за конусовидным просветом порта. Прижимаясь пульсирующей от боли и мыслей головой об кирпичную стену я каждый раз представлял при виде соответствующего хлопка, звука выстрела, что так расправляются с малолетними неугодными – ведь государство не может прокормить всех, да и куда они дальше пойдут, кем станут, если не отъявленными преступниками порочащими честь Европы. Со старшими все тяжелее, ведь за ними бдят различные общественные организации, защищают правительства сердобольных стран, лелеют волонтерами.

Задержание

Приняли нас при въезде в порт, при обычном «шмоне» машины. Двое иракцов не смогли вразумить дрожащими руками свои поддельные паспорта, да еще и такой низкой пробы, что отличить их смог бы даже знающий только шрифт Брайля: фотография была буквальным образом приклеена на заламинированную поверхность с невнятно написанными именами. Но и на это бы наплевали, будь они более обходительны и, сообразив произнести единую фразу «хэллоу”, которую мы с ними разучивали всю дорогу, вместо уймы заикающихся арабских наречий. Под конвоированием нам устроили променад до участка бордер-полисменов, после чего иракцев отправили гулять по городу, мол никуда особо не уйдут, без паспортов то, «потом разберемся». Их кстати, потом провезли, слыхал, но уже иные люди.

Наших же людей били сильно, опрометчиво, главное было не нанести видимых увечий. Объясняли тем что всего хотят выпытать информацию о других подельниках, принимающей стороне, о том кто финансировал перевозку, но мы держались молодцом, что определенно вызвало долю уважения и естественно по лобным долям. Также нам никто не поверил что это «единоразовая акция», ведь human-trafficking это высшая ступень, к которой приходят уже матерые головорезы, с превратным опытом за спиной, поэтому мы проходили как рецидивисты. Вторили что, нам дико повезло, что нас не поймали итальянцы, там бы точно сгнили бы в тюрьмах, мол, отношения к узникам по такой специфической статье там, мол, лучше сразу вешаться.

Мысли о суициде

Google Maps

Хотя зачем откладывать на будущие задержания если это можно было сделать: здесь и сейчас? Единственной мыслью зияющей как черный провал в голове, было как раз смертоубийство. Охрана смекала, что для многих узников был бы славный конец вздернуться на какой то нитке, ремне, да я дурак, в «первичке» обнаружив один из запрятанных кожаных изделий робко короновал им надзирателя.

Начал продумывать другой план, но не мог себе позволить сделать, что то с собой до звонка другу и родным. Оставаться и гнить без просвета на амнистию, при малейших шансах самообучения, развития смысла извините, не видел. Представлял, как я набираю мать, дрожащим голосом сообщаю всю правду про срок и про невозможность альтернативы и бросаю трубку. Длинные гудки, не столь длинны на крайний случай вены.

Мысли путались сквозь идеальный ряд мутных колб элитного алкоголя, выстроенных на мебели главы погранслужбы, сигнализирующих о возможности дать взятку. Опция хороша, да затребована, но не по карману. В коридорах среди "беловортничков" и "обычных чинуш" сострадания было тоже не снискать, в отличии от обильных разговоров с явным оттенком расизма и антисемитизма. Закольцевался тезис в голове: "А может судьба действительно существует и она нас предупреждала, когда за несколько часов до намеченного наша машина косвенно попала в масштабное ДТП? Сбежалось много "копов", а мы как дети радовались, мол, в кое то веки не мы виновники и будет шанс ко всему нагреть страховую". Сейчас же, когда полностью отсутствовало понятие дня и ночи, паранойя твердила про возможность того, что нас вели изначально.

Дисциплина и общий порядок

Если говорить про быт и распорядок, то я его и не застал толком, поскольку спал. Погружался во сны, которые отнюдь не были спокойными грезами, переговаривался лениво с соседом по камере и злодеянию. Возможно он на меня и обозлился, когда я с невозмутимым лицом отказался за двоих от еды выдаваемой несколько раз в день малыми порциями, поскольку в то время был вегетарианцем, а подавали отвратные бургеры сочащиеся подгорелым жиром с заплесневелой булкой, но виду не подавал.

Начальное содержание проходило в «одиночке», два метра на два метра, где можно было только сидеть и молиться, но кому и куда? Дабы перевели в камеру напротив, где 20 человек уживаются друг на друге и ходят опорожняться раз в день строго по графику под конвоем? Тюремная медицина полностью отсутствовала, забирали только самых "прогнивших элементов", а включенный 24/7 дрожащий свет, который пролезал во все схроны и углы я отчетливо помню до сих пор.

Коридор, тянувшийся перешейком, тонкой кишкой оттуда и еще один перешеек, снова на допрос. Адвокат советовала нам не суетится, ни в коем случае не провозглашать нетерпимость, не обращаться в различные инстанции по вопросам гуманности, потому что волновалась за свою семью проживающую неподалеку и точно бы от нас отказалась. Запугивание было частью работы доблестных правоохранительных органов, а исправление по мере пресечения стремилось к нулю.

Суд

Помню только апелляцию, поскольку суд первой инстанции я пережил на ватных ногах с помутненным сознанием, где нам без особого суда, доказательной базы "влепили" 24 года лишения свободы. На перекрестных допросах мы оба, не договариваясь об этом ранее, уходили в полную "несознанку" и весьма удачно, потому что банально не могли поверить в реальность происходящего, лебезили, что знать не знаем этих иракцев и подобрали попутчиков на свою голову. Не знаю чтобы мы делали если бы не наш милый переводчик.

Она была с нами едва ли не с первых дней конструктивного разбора дела, отстаивала права везде где это было возможно и перед судом умоляла меня повторять за ней слово в слово (пользуясь непросвещенностью в немецком языке местных прокуроров). Я все равно: то ли от волнения, то ли хорохорясь и возомнив что это последнее слово нес несусветную чушь, а она все переводила в правильном ключе, скрестив пальцы что никто не поймет разницу между агрессивной по факту и умиротворительной "на деле" риторикой загадочного иностранца. Коренного петербуржца, переехавшего в раннем детстве в Кёльн с погонялом "еврей".

Итог

И вот когда клишированной надежды почти не осталось, в ожидании приговора, на смену безразличию пришло облегчение, а если точнее уведомление о смене приговора. Нас выпускали, после неисчислимого количества дней проведенных за решеткой с уплатой весомой суммы штрафа и долгами по адвокатским конторам что обрывали телефоны по поводу нашего дела. Итого, эта авантюра обошлась в почти всю уплаченную сумму, оставив насмешливым флёром, бризом три тысячи условных единиц, на которые мы условились "делать ноги".

Был приобретен билет в Южную Америку, а если точнее в Рио-де-Жанейро, где мы рассчитывали пробыть определенное время, найти работу пока все не уляжется. Но не улаживается в голове до сих пор...

P.S. Об Oxxxymiron'е

Два "гитариста" познакомились на слете 239 школы, где училась мать Саги и отец Окси

Отрезок жизни проведенный в тесном общении и дружбе считаю безусловно позитивным. Первые початки прослушивания немецких рэп исполнителей припали на этот строк, трудности ассимиляции, проблемы с неоднородным составом учащихся и их отношениях к нам опустим. Затерялся во воспоминаниях факт о том, кто же первый из нас привнес этот музыкальный стиль с черных кварталов в эмигрантскую тусовку.

Неплохо поспорили об этом и посмеялись в момент последней встречи — 4 года назад. Много было курьезных, градообразующих ситуаций под которые уж точно есть толк выделять отдельную статью или доброе интервью. Вернувшись к написанию музыки, инструменталов, имею желание как то посотрудничать со старым другом на бесплатной основе. Но как говорится: "все былые контакты на данный момент молчат".

0
8 комментариев
Популярные
По порядку
Написать комментарий...
Излишний бас

Комментарий удален по просьбе пользователя

Ответить
8
Развернуть ветку
Иной бинокль

(далее со слов самого Сержа. Поддержать донатом его можно: 5375 4141 0992 6427/Maria Omelchenko)

Это что за хуйня ?

Ответить
5
Развернуть ветку
Иной бинокль

Действительно, здесь только Рогову переводят.

Ответить
2
Развернуть ветку
Weall FAlldown

Написано же, все бабло на адвокатов ушло😁

Автору..
Пох на оксимирона, было бы интересней почитать про всю тяжбу с судами и как с 24лет соскочить удалось..

Ответить
1
Развернуть ветку
Митя Простомолотов

тюремная каша структурней этого рассказа.

Ответить
1
Развернуть ветку
Митя Простомолотов

Не смог дочитать даже до середины. Это реп может?

Ответить
4
Развернуть ветку
Рэп

Нет

Ответить
0
Развернуть ветку
Иной бинокль

 Поддержать донатом его можно: 5375 4141 0992 6427/Maria Omelchenko

Бля, я это серьёзно вижу? 

Ответить
2
Развернуть ветку
Читать все 8 комментариев
null