Восхождение на Эльбрус

Большая история и 62 фотографии про одну из самых невероятных авантюр, которые я совершал.

В закладки
Аудио

Примечание: Эту историю я писал по горячим следам, отдыхая в хостеле Пятигорска, для своего инстаграма и блога после восхождения в 2018 году. Не так давно мне предложили опубликовать ее на TJ и теперь она тут в немного сокращенном виде.

Раз в несколько лет я отправляюсь на охоту за новой мечтой. В этот раз я поехал на Кавказ, чтобы взойти на самую высокую гору Европы — Эльбрус. 5642 метра преодолений себя и своего тела.

Мысль о восхождении появилась у меня в голове еще в 2016 году. Тогда я впервые задумался об этом, как о чем-то очень желанном. В 2017 году я был морально готов, но видимо не достаточно горел этим и поэтому решил все лето проработать. На 2018 я уже был полон решимости.

Решил все сделать самостоятельно, без группы и гида. Во-первых, я хотел не изменять традиции дешевых поездок, а так бюджет шалости можно легко уместить в 25 тысяч рублей. Во-вторых, мне тяжело, когда приходится слепо кому-то верить. Идти в горы в одиночку дело крайне опасное, поэтому нужен был напарник, причем с таким же огнем в глазах, чтобы он не дал заднюю в самый ответственный момент. Как мне кажется, мотивация, желание и рвение — половина успеха в этом деле. И я бы в жизни не поверил, что среди друзей будет такой человек, но он нашелся — Миша. Он будет вторым героем этой истории.

Мои два рюкзака за час до ласточки в Москву. Оба забиты почти под завязку. Арендное снаряжение и еда сюда бы уже не поместилась. В столице мне одолжат 65 литровый рюкзак, и с ним будет проще.

Организационные вопросы по логистике взял на себя я. Миша занимался составлением плана, поиском информации по жилью в горах, просмотром видео на ютубе и чтением статей. Еще в мае мы купили билеты на поезда. Общая сумма выходила в районе 7000 рублей на каждого. Но в середине июня мне приходит уведомление от Ютейр об акции в МинВоды. С учетом возврата плацкарта мы выиграли по 1000 рублей, лишив себя рждшной романтики.

После прилета заночевали недалеко от аэропорта в поселке «Красный пахарь» (над названием смеялись весь вечер). Отсюда было удобно следующим утром выбраться на трассу и начать стопить. Уж больно я люблю этот способ перемещения.

Чтобы не терять время утром, мы отправились в Магнит закупаться продуктами на все время нашего восхождения. В итоге наше меню состояло из макарон, гречки, овсянки, тушенки, тунца, орехов, сгущенки, печенья и козинаков.

Ярким моментом этого утра стали Датчане, которые хотели нас подобрать. Они приехали на ЧМ и теперь отправились путешествовать на своей тачке. У них не было места для наших рюкзаков, а способа прикрепить на крышу мы не придумали. Попрощались, улыбаясь. В 14:03 мы были в Терсколе.

Первый день

Эльбрус — это уже не та гора, на которую можно просто приехать и зайти — организм не приспособлен к подобным высотам. Поэтому все восхождение состоит из нескольких этапов и в общей сложности длится минимум 5 дней. У нас штурм вершины был запланирован на шестой день. По приезду в Терскол мы выпили чаю и сразу же отправились на первый акклиматизационный выход. Маршрут был таким: водопад девичьи косы, обсерватория и чуть-чуть выше. Тогда же я впервые попробовал трекинговые палки — непривычно.

Водопад не самый большой, но красивый. Дошли за 2,5 часа.

Вид на ущелье. На этом этапе я стал ощущать, что наконец-то оказался в настоящих горах.

Здесь же сделали первый привал с чаем. В горах он превращается в магический напиток, дающие силы.

Дорога выше, на обсерваторию, уже чуть круче. Идти все равно было легко и нудно. Нудность, пожалуй, главная проблема плавного набора.

Еще через 1,5 часа были уже выше обсерватории. Эта была финальная точка. Высота 3150.

Ледник.

На этой высоте уже лежал снег.

Общий набор за этот день получился 950 метров. Для первого дня красоты было слишком много.

На спуске все затягивалось облаками и накрапывал дождь.

Инфраструктура в Терсколе есть. Магазинов полно и цены в них почти не отличаются от городских. На ужин было мое фирменное блюдо — макароны с тушенкой.

Второй день

На второй день с акклиматизационным выходом на гору Чегет вышел двойной косяк. Хотели с утра забраться пешком, провести там пару часов и спуститься на канатной дороге, чтобы не напрягать лишний раз колени на крутом градиенте, но канатная дорога не работала. Опять не было электричества.

Во втором косяке были виноваты уже сами: мы не заказали пропуска в пограничную зону. Без пропусков нельзя подняться выше верхней станции канатной дороги, а это почти такая же высота, что и в предыдущий день — в районе 3150 метров. Из-за этого были опасения, что мы плохо акклиматизируемся, и переселение в высотный лагерь с набором тысячи метров за день сыграет с нами злую шутку.

С поляны Чегет до верхней станции канатной дороги 1000 метров набора. Дошли за 2,5 часа. После трека на водопад и обсерваторию здесь было раз в пять труднее. Градус наклона выжимал все соки, местами подступало до границы превозмогания. Визуально маршрут унылый, смотреть было нечего, фотографировать тоже. Наверху сидели одни. Пили чай, жевали козинаки и смотрели, как снизу опять подступают облака.

У нас было как в американских фильмах про копов. Миша был таким ответственным и нудным полицейским, который часами смотрел видео на ютубе, читал статьи, знал отметки высот, отличал ус самостраховки от темляка, мог даже рассказать про безумные восхождения! А я был максимально беспечным, который так и не посмотрел ни одного присланного Мишей видео о восхождении. Но лучше всего, как мне кажется, мою безмятежность иллюстрирует незнание высоты цели. Я знал, что там высоко, и мне этого было достаточно. Высоту Эльбруса я смог запомнить только на следующий день после успешного восхождения!

Ледников вокруг полно, но один из них был чистого голубого цвета.

Я безумно радовался, когда в Крыму удалось побывать над туманом, который простирался до горизонта. Мне это казалось редким явлением и хорошим стечением обстоятельств. Хо-хо! Нужно было давно съездить в Приэльбрусье! Мы почти каждый день были где-то между ними, и это был уже не туман, а настоящие мужицкие облака! Теперь меня этим не удивить!

Встретили иностранцев, которые решили залезть в кресла неработающей канатки ради фотографий.

На спуске тело продолжает работать, но мозг уже расслабляется. Не надо контролировать дыхание и бороться с собой. Появляется время смотреть по сторонам и обращать внимание на детали. Сколько же здесь было цветов! Просто фантастика!

Бурлящий Баксан.

Важным этапом восхождения является перенос лагеря на высоту, с которой будет попытка штурма. На новой высоте звоночек от организма о плохой акклиматизации поступает через 6-12 часов. В первую же ночь обычно все всё понимают. Дальше тебе либо хорошо, либо плохо и ты адаптируешься, либо спускаешься вниз.

Вариантов, куда запарковать себя и свое снаряжение масса: от холодных строительных вагончиков до итальянских люкс приютов за тонны нефти. Мы выбрали приют 11 на 4100 метров. С этой высоты удобнее всего идти на штурм, если не использовать ратраки и снегоходы для сокращения дистанции. Выше этой точки попросту ничего нет, только снег.

Третий день

Переезд был на третий день. В 12 мы стояли на пороге, водрузив за спину рюкзак на 17 кг, закинув на живот второй на 5 кг и взяв в руки трекинговые палки.

На поляне Азау, которую мы между собой называли Азазазау за свою созвучность, нас встретили большие коммерческие группы. Кругом лежали рюкзаки с торчащими палками, пенками, ледорубами. Кто-то ел шашлыки в кафе, кто-то спал на бетонной плите, подстелив коврик, кто-то таскал коробки с провиантом поближе к маятниковой канатке. Но все были в равных условиях. Все были в ожидании запуска канатных дорог, которые не работали из-за отсутствия электричества.

Время тянулось медленно. Чем ближе приближался вечер, тем большее напряжение ощущалось в воздухе, даже на лицах гидов перестала читаться уверенность. В 18:54 канатку запустили на педальной тяге, судя по скорости движения. Кассы начали забирать деньги в одностороннем порядке — билетов не давали.

До верхней станции Гара-баши две пересадки. В кабинку забивались быстро. Рюкзаки, вода, сами. Сценарий был одинаков для каждой станции: высаживаешься, чуть ли не выкидывая рюкзаки, а потом закидываешь все обратно, запрыгивая вслед.

Когда до полной темноты оставалось меньше получаса, кабинка въехала на последнюю станцию. Мы вышли в облаке. Шел дождь вперемешку со снегом и дул сильный ветер, а нас ждал 150-метровый подъем до приюта.

На первом же подъеме я понял, что путь будет очень тяжелым. Под весом рюкзаков и 10 литров воды каждый шаг был событием, отнимающим много сил. Воздух был другим. Я сразу же заметил изменения с дыханием. Каждый вдох как заправка - давал сил на следующий шаг. Останавливался постоянно, раз в пять шагов точно, поэтому темп был медленный, и мы быстро погрузились в темноту. Включили фонари.

Я смог разглядеть крошечную точку света приюта 11. Нам осталась финишная прямая. Небольшой отрезок, плавно огибающих кусок скалы, под которой три мужика раскладывали палатку. Здесь я закончился. Плечи с руками болели, ноги отказывались идти, то и дело срываясь со снега, а тело не могло отдышаться, отстукивая пульс где-то в голове. Я впервые ощутил то самое чувство, о котором читал, когда ты просто не можешь идти. Желание одно — бросить пятилитровки воды подальше и рухнуть на снег.

Той точкой света, которая мелькала сквозь снег, была администратор Полина. Как же я был рад ее видеть. Теплая сухая одежда, кухня, горячий чай и долгожданный ужин. Засыпая, я понял, что легкая часть восхождения закончилась. Дальше будет тяжело.

Четвертый день

Ночь на высоте прошла прекрасно, а симптомы горной болезни не проявились. Наши страхи и переживания о плохой акклиматизации улетучивались с каждым часом. Голова была чистой, аппетит был здоровым, дышалось хорошо, но расслабляться и списывать со счетов горняжку мы не собрались. Слышали, что высота, на которой всех начинает выворачивать — это 5000-5100. Туда там еще предстояло дойти на акклиматизационном выходе.

План четвертого дня был обозначен просто: целимся на начало косой полки(5100). Опыта таких высот у нас не было, поэтому как поведет себя организм мы не представляли. Вышли бодро. С Эльбруса расступались облака и минут через 5 вершины стали чистыми. Наконец-то я увидел свою мечту, ставшую уже целью. Никакой магии не ощутил. Стало лишь понятно, что идти туда просто дохрена. Она реально была далеко. Обычно в горах кажется, что все близко, но не в этом случае. Сделав пару фотографий, побрели вверх.

Мимо проходили люди, возвращающиеся с вершины или такого же акклиматизационного выхода, как и у нас. Отличить кто откуда идет порой было сложно. Я не понимал раздражает ли меня альпинистская традиция здороваться со всеми и улыбаться или наоборот дает подпитку для следующего шага, но контакт устанавливается легко.

Темп был рваным и, как нам казалось, выше среднего. То перчатки снять, то куртку застегнуть, то сфоткать, то попить. Гряду спасателей прошли уверенно, а вот у скал Пастухова стали задыхаться. Точнее задыхаться — не совсем то слово, которое характеризует это состояние. Не уверен, что такое слово есть в принципе. Дышал спокойно, но сделав пять шагов, мне хотелось остановиться подышать, без этого просто не получается сдвинуть ногу и продолжить идти.

С каждым метром степень превозмогания повышалась. Чаще останавливались, опираясь на палки, стали мыслить стоянками, где присядем и выпьем чаю.

Но как же, черт возьми, было красиво, не смотря на усталость и ветер. Оборачивался назад не так часто, как хотелось бы, но каждый поворот головы был не похожим на предыдущий. Охал и ахал.

Облака творили чудеса. Они убегали, они перетекали, они догоняли — никакого постоянства. И все это происходит не где-то наверху, а перед глазами или даже ниже.

Шел пятый час нашего выхода и мы стали выдыхаться. Цель сместилась с косой полки(5100) на ратрак(5000). На 16:00 было установлено время разворота, которое настигло нас на 4950. До ратрака уже можно было дотянуться рукой, какие-то 50 метров! Но понимаешь, что тебе надо еще минут 40 на это. Силы закончились еще час назад, поэтому подсознательно мы уже давно хотели развернуться, но все еще боролись. Теперь же можно было развернуться со спокойной совестью.

Спуск стал для меня соковыжималкой. Последние 100 метров перед приютом я преодолевал уже даже не на морально-волевых. Я не мог и не хотел идти, но шел.

На кухне приюта в ожидании горячей воды просто растворился в пространстве и испытал самую большую гамму чувств в своей жизни. Одновременно максимальная степень физической усталости с полным моральным подавлением, потому что моя железобетонная вера в успешное восхождение пошатнулась. Я с большим трудом запихнул в себя еды и лег спать.

Перед восхождением

Проснулся с чувством легкости. Вечерние переживания утихли, и настрой был позитивный — сегодня день отдыха. Единственный день восхождения, в который не нужно никуда подниматься. Только спать, наедать калории, много пить и всячески бездельничать, восстанавливая силы перед самой важной ночью. Это было прекрасное ощущение. Настоящий выходной в путешествии!

Кухня снова была наполнена китайцами. Пока у меня складывалось ощущение, что они приехали не за горой, а поесть. У группы был собственный повар — крупная, но милая девушка Оля. Мы назвали ее тётей Оля. Китайцы не съедали и половины того, что она готовила, но это не мешало им готовить еще и самостоятельно, используя газовые горелки.

Через 30 минут катаний по склону на импровизированных ледовых занятиях, где нужно было научиться пользоваться ледорубом, который был элементом страховки на отвесных участках маршрута, мы были насквозь мокрые. Нужно было успеть все высушить до ночи, но никаких приспособлений для сушки, кроме провешенных мною шнурков у нас в комнате, в приюте не было. Вещи раскладывали на улице на металлоконструкции для будущего расширения. Я еще не видел, чтобы солнце так быстро сушило вещи! Оно будто выжигало всю влагу. 15 минут и самые трудные вещи (зимняя куртка и пуховые штаны) были сухими. Горная магия!

Это был первый день, когда я реально смог насладиться природой и видами вокруг. Перед глазами был весь кавказский хребет, я видел Ушбу, с которой познакомился два года назад в горах Грузии, а за спиной возвышались вершины Эльбруса. Несмотря на сказочность момента, у меня снова накатывали переживания, и появился мандраж.

На 19.00 был назначен отбой. Пять часов сна перед штурмом казалось достаточным. Все равно лечь раньше было невозможно. Ужин оказался самым царским за всю поездку. Сварили просто гору гречки, и у нас было по банке тунца на каждого. Мы еле встали из-за стола — именно такого эффекта я хотел достичь. Хотелось верить, что так получится насытить организм дополнительной энергией. Говорят, за восхождение теряют до 5 килограмм.

Ложиться было тяжело. Зная себя, шансов на сон с такими переживаниями мало, поэтому решил сначала выйти подышать. Горы были окутаны облаками, которые аккуратно двигались, будто боялись разбудить гигантов. Клубни отбрасывали друг на друга тени, создавая невероятный объем. Не уверен, что видел что-то более завораживающее в своей жизни. В последний раз обновил прогноз погоды, поймав на секунду 3G. Обещали ясную погоду и ветер 45 метров в секунду. «Кажется, пора спать, осталось 4 часа», — с большой грустью сказал я себе и, судя по всему, горам.

Восхождение

Снаружи бушевал ветер и настойчиво хотел зайти в гости, стуча по кровли крыши. Звучало страшно. «Если это те самые 50 м/c, которые были в прогнозе, то можно наверно спать дальше» — подумал я. Вылезать из спальника не хотелось. За стеной отчетливо слышалось шуршание и глухие шаги. Я аккуратно нащупал налобный фонарь и включил его, зажав рукой. Минутная стрелка подкрадывалась к полуночи. Самое время, чтобы выйти на улицу и посмотреть обстановку. Через пять минут тишина нашей комнаты разорвется будильниками.

Накинув куртку, спустился со второго этажа на улицу и, мягко говоря, охренел. Наконец-то было ясно и можно запрокинуть голову, нырнув в сумасшедшее звездное небо. Это был самый невероятный млечный путь в жизни. Он располагался ровно передо мной: один край уходил за Эльбрус, а другой заканчивался в Кавказских горах. Самые маленькие звезды превратились в огромные шары, а количество звезд было запредельным, будто небо расстреляли дробью. За мучения и трудности Эльбрус награждал сполна.

Такого я еще не видел, но оценить и насладиться полноценно не вышло — я вышел из-за приюта на дорогу к туалету и получил по лицу бодрящий удар ветра. Проснулся моментально. Не сказал бы, что это были сильнейшие порывы ветра. Неприятно, но работать с этим можно. Для Эльбруса это наверно было нормой, от того весь приют и собрался на штурм. В эту ночь выходили почти все.

«Михан, вставай! Военные и коммерческая группа собираются на штурм!» — сказал я, вернувшись на секунду в комнату и сразу же убежав на кухню. Он явно был удивлен этой новостью, потому что шум ветра и кровли давали надежду о переносе. Подсознательно каждый из нас хотел остаться в спальнике, отложив восхождение из-за непогоды.

На улицу я вышел так: первый слой — термобелье c polartec (в городских условиях решает все проблемы до -30), второй слой — флиска за 300 рублей на тело и легкие пуховые штаны, которые я стрельнул у отца, на ноги, третий слой — пуховик с ветрозащитой. На руках перчатки с ветрозащитой, на ногах высокогорные пластиковые ботинки из проката и теплый трекинговый носок. На случай погодного ада в рюкзаке лежали желтая ветровка, которую я надел бы под пуховик, создав парник, и супер теплые верхонки поверх перчаток — это, кстати, единственное, что я купил из одежды в эту поездку.

На часах было начало второго ночи. Луна была тоненькая и почти не давала света. Была кромешная темнота. Основная толпа уже вышла из приюта и мелькала своими фонарями на тропе. Мы же немного выбивались из графика, потому что только еще крепили кошки.

На выходах мы поняли, что Миша идет медленнее меня, поэтому он шел первым. Мы взяли очень медленный темп. Для меня он был наверно даже слишком медленный, потому что шел совершенно расслаблено, не ощущая трудностей. Началась монотонная работа ногами и руками. Несмотря на наш, казалось бы, медленный темп, мы обогнали несколько коммерческих групп. Даже ту, что вышла из нашего приюта на 20 минут раньше.

Начинало светать когда мы подходили к скалам Пастухова. Стало хорошо видно всех людей, идущих наверх. Как же много их было! Это была уже не тропа на Эльбрус, а самое настоящее шоссе. Я выключил фонарь, чтобы экономить батарейки, и обратил внимание, что сверху скал Пастухова спускаются люди. Причем их было не один или два, что можно было свести к проблемам со здоровьем, а целая толпа — это настораживало. Наклон становится круче с каждым шагом. Было уже не так легко, как на старте, но все равно в отличии от акклиматизационного выхода мы шли достаточно уверенно, почти не останавливаясь.

Вторую тройку мужиков, прошедших на спуск мимо нас, мы решили выдернуть и узнать в чем дело. «М у ж и к и, там ЖОПА! Там крупа летит!» - очень возбужденно кричал он сквозь ветер. «Но вы обязательно дойдите до фронта, посмотрите сами!» — крикнул он нам напоследок и пошел дальше. Сверху и правда проглядывалось облако, накрывшее все выше 4900. Мимо нас промчался чувак-одиночка из нашей комнаты с вопросом «Ну вы то не пойдете назад, я надеюсь?». Действительно, пока мы не ощущали изменений, до той отметки с фронтом нам еще час, может полтора, поэтому единогласно решили идти до верха скал Пастухова (4700).

Выше скал Пастухова есть площадка, где разворачиваются снегоходы и ратраки. Здесь мы сделали первый полноценный привал. Из-за продолжающего бушевать ветра он у меня провалился - я лил чай куда угодно, кроме кружки. Каждая капля жидкости тут на вес золота, поэтому помимо термоса во внутреннем кармане курток у нас была еще вода в обычной бутылке. Она ушла в первые два часа. Здесь я впервые достал телефон, чтобы сфотографировать вид. Солнце только касалось вершин кавказских гор. 04:31 утра.

Большинство людей, которые в эту ночь вышли на штурм, уже развернулись. Мимо нас проходили последние группы. «Развернуться на основе чужого мнения — точно не то, ради чего я сюда приехал», — размышлял я у себя в голове, пытаясь откусить заледеневший протеиновый батончик и наблюдая рассвет. Нужно было что-то решать. Мы шли фактически последние. После нас на склоне было еще четыре человека, по которым было видно, что они тоже были в сметении. После акклиматизационного выхода на 4950 я понял, что второй, третьей, четвёртой попытки штурма не будет. Морально я не выдержу. Есть один шанс, и он сегодня.

От скал Пастухова(4700) до Ратрака(5000) самый крутой участок восхождения. На акклиматизационном выходе мы здесь закончились. В этот раз нужно было бороться и побеждать. Идти стало тяжело, темп просел раза в два. Я понял, что места, которые выбирает для подъема Миша, мне не нравятся. Начал идти самостоятельно в стороне, чередуя прямой подъем в гору и траверс. С середины дистанции стал отрываться. Постоянно оборачивался посмотреть вниз и узнать как дела у Миши. Он показывал мне большой палец вверх, и я шел дальше. Меня пугало лишь одно: та четверка, которая шла после нас, стремительно нагоняет Мишу. Быть последними не хотелось ни при каких раскладах.

На ратраке мы наконец-то догнали то облако и начинали потихоньку в него проваливаться. Видимость скакала от 15 метров до 40. На ратраке был второй большой привал. Пурги, снега или, как выразился тут мужик, крупы не наблюдалось. Это вовсе не значило, что ее нет выше или что она не может появиться в любой момент. Для меня главным правилом восхождения было не идти в плохую погоду и разворачиваться, если она начинает портиться. Заблудиться, потеряться и как следствие умереть очень просто. А сейчас было и не туда, и не сюда. Такое подвешенное состояние, выйти из которого мешало отсутсвие горного опыта.

Те четыре мужика пришли следом. Спросили какие у них мысли и планы. Они планировали продолжить восхождение, основываясь почти на нашу же тактику — пока видно куда идти, идем. Удивительно, насколько горы сближают: ты впервые видишь человека, но ощущение, что вы давно дружите. У ребят было три рации и gps-навигатор, записывающий трек. Это увеличивало вероятность возвращения, если вдруг погода все-таки испортится.

Я понял, что нужно цепляться за этот вариант и выходить вслед за ними. «Они — наш шанс. Или с ними, или никогда. Поэтому пытаемся держать их темп», — сказал я Мише. На часах около 8 утра.

Выше начинается косая полка — это уходящая вверх тропа на склоне восточной вершины. Про этот участок везде пишут ужасы. Да, тут можно сорваться и пролететь на жопе в одну из многочисленных трещин ледника, скорее всего умереть, но на деле оказалось совсем не так, как я себе это представлял. Склон не такой уж отвесный. Ледоруб вдел в карабин, но он так и остался висеть на лямке страховочной системы. Фиксировал себя палками и кошками. Косая полка опасна скорее потерей концентрации, потому что она длинная и безумно монотонная. Можно легко забыться и расслабиться.

До седла оставалось каких-то 50 метров по прямой, но у меня не было сил даже дойти до мужиков, которые сели передо мной на снег, чтобы отдохнуть вместе. Я сделал еще пять шагов и просто рухнул в снег. Здесь я уже начал бороться по-настоящему. Не только с физическими трудностями, но и с психологическими. Мне с большим трудом давался каждый из последних шагов, полная беспомощность. Вроде и мышцы не забиты так сильно, как это можно было бы сделать в спортзале, но и легкости в них нет.

Меня беспокоил спуск. Я помнил, как было тяжело спускаться на акклиматизационном выходе. «Если выжимать из себя все, то как потом спускаться вниз, если сил нет уже сейчас?» — спрашивал я себя. Здесь началась третья внутренняя борьба.

Облако над головами постепенно рассеивалось и выходило солнце и становилось жарче с каждой секундой. В ход пошел крем с защитой 50 в несколько плотных слоев. Это был самый долгий привал восхождения. Я отлеживался минут пятнадцать, с полным непониманием, что делать дальше. Размышления прервались криком ребят: «Ну что, вы идёте?»

Отдыха хватило на три шага. После них снова стал ощущать непреодолимую тяжесть в ногах. Прошел оставшиеся 50 метров не оглядываясь. В 10:29 были на седловине (5300) — большой ровной площадке между восточной и западной вершиной. Цель была рядом. Я видел эти последние 200 метров набора.

Ощущение, что это почти вертикальная тропа вверх, а люди на ней — это просто точки, которые не двигаются, настолько медленно они шли. Каково было моё удивление, когда я обернулся посмотреть на Мишу. Он отстал, причем отстал невероятно сильно. Будто он все это время, пока я шел, стоял на месте. Я был шокирован этим расстоянием. Времени оставалось мало, и я стал понимать, что взять две сотни метров за два часа он бы не смог. «Михан, ты не успеешь», — кричал я ему с седловины. Для него это восхождение закончилось.

Я решил попробовать. У меня не было уверенности, что получится идти по склону, но в голове крутилась одна единственная мысль — на крутом склоне ноги буду работать иначе, и мне будет проще. Я не люблю проигрывать, я бы даже сказал, что не умею, поэтому не мог представить, как бы я потом писал и рассказывал, что я не смог — это определенно заставляло меня идти вперед. Ребята взяли уверенный темп, я бы даже сказал, что двое их трех летели на реактивной тяге. То отставал от них, то опять нагонял. На середине начались страховочные перила, в которые я встегивал ус самостраховки и продолжал идти с палками. Ледоруб снова висел без дела. Здесь я понял, что вершина уже неминуема. Нужно лишь дотерпеть.

Один мужик рассказал, что там дальше. Мне понравилась «взлетка» — это последние 10 метров перед самой вершиной. Мы вывалились на первую площадку после подъема. Чай, перекус и улыбки. Каждый из нас уже все понимал. Мы сбросили рюкзаки, взяв самое необходимое. Я впервые за штурм достал фотоаппарат. От вершины нас отделяло длинное плато: такое же нудное, как косая полка. За каждым холмиком я надеялся увидеть вершину, но не испытал ничего, когда она действительно выглянула. Подходя к той самой взлетке, ребята уже кричали и фоткались. Взлететь у меня не получилось.

В 12:18 сделал последний шаг и оказался на самой высокой вершине Европы. Ощущения победы не было, никаких чувств не было. Полное опустошение. Вид я не оценил. Со стороны кавказских гор была облачность, поэтому все, что я видел — это какие-то ставропольские степи. Ребята дали ледоруб для фотографий, потому что свой оставил у рюкзаков. Пришлось фотографироваться на телефон, в фотоаппарате попросту замерзла батарейка. Получилось, что я тащил целый килограмм просто так, а на такой высоте каждый грамм превращается в пять. 11 часов испытаний ради 10 минут на вершине — такова мечта, которую я смог исполнить.

Перед поездкой главный вопрос, который не давал мне спокойствия, звучал так: как можно 12 часов просто идти в гору? У меня никак не укладывалось это в голове. Идти 12 часов, да еще и в гору. Только вдумайтесь! Теперь у меня есть ответ на этот вопрос — легко! Время бежит быстрее ног. Я просто не замечал, как один час сменялся на другой. Бам, 4 часа утра, бам, 9 часов утра, бам, полдень и вершина. Это были самые быстрые и самые тяжелые 16 часов в моей жизни.

P.S. Половина фотографий из этой истории снята на телефон. Из-за высоты и физических нагрузок о фотоаппарате не думалось совсем. В обычных путешествиях все наоборот — я много снимаю и много публикую потом у себя:

Материал опубликован пользователем.
Нажмите кнопку «Написать», чтобы рассказать свою историю.

Написать
{ "author_name": "Андрей Орехов", "author_type": "self", "tags": ["\u044d\u043b\u044c\u0431\u0440\u0443\u0441","\u043f\u0443\u0442\u0435\u0448\u0435\u0441\u0442\u0432\u0438\u044f"], "comments": 34, "likes": 62, "favorites": 84, "is_advertisement": false, "subsite_label": "travel", "id": 120747, "is_wide": true, "is_ugc": true, "date": "Tue, 19 Nov 2019 13:20:52 +0300", "is_special": false }
Объявление на TJ
Фото
Только ваши собственные фотографии. Например, с телефона. Например, селфи.
Подписаться
Подписан
Отписаться
0
{ "id": 120747, "author_id": 4125, "diff_limit": 1000, "urls": {"diff":"\/comments\/120747\/get","add":"\/comments\/120747\/add","edit":"\/comments\/edit","remove":"\/admin\/comments\/remove","pin":"\/admin\/comments\/pin","get4edit":"\/comments\/get4edit","complain":"\/comments\/complain","load_more":"\/comments\/loading\/120747"}, "attach_limit": 2, "max_comment_text_length": 5000, "subsite_id": 214359, "last_count_and_date": null }
34 комментария
Популярные
По порядку
Написать комментарий...
4

Огромное спасибо @Александр Хнычков за помощь с уменьшением объема и оформлением. Без него я бы так и не собрался с духом это все сделать.

Ответить
2

«Михан, ты не успеешь», — кричал я ему с седловины. Для него это восхождение закончилось.

то есть
А когда он упал со скал, 
Ты стонал, но - держал © Высоцкий
не работает? 
пусть Эльбрус больше похож на туристическую прогулку со всеми удобствами, но оставить друга в горах стремно как-то, вы же вдвоем пошли. я бы с тобой даже на холмы не пошел после этого рассказа

Ответить
0

Возражений не было. Погода была отличная. На седле можно хоть лежать. Через два часа встретились и пошли обратно вместе. Ты бы не пошёл, а мы о Казбеке думаем в следующем году.

Ответить
0

На Казбеке будет сложнее,  если со стороны России пойдете

Ответить
0

Основное направление с Грузии же? Мы знает, что гора сложнее, но пока сильно не вдавались в подробности. Займемся этим после нового года)

Ответить
1

С Грузии ходят потому что легче и виды вокруг красивее. Финальный участок все равно общий. Со стороны  России более дикая природа, в паре мест придется чуток полазать плюс ледник.

Ответить
0

С нашим опытом выбирать приходится самое простое)

Ответить
2

Круто! Фотографии великолепные получились! 
Преодоление себя это всегда большое счастье и по праву заслуженная гордость. Жаль товарищ не смог разделить этот момент. Но его вершины ещё впереди.

Ответить
1

Точнее задыхаться — не совсем то слово, которое характеризует это состояние. Не уверен, что такое слово есть в принципе. Дышал спокойно, но сделав пять шагов, мне хотелось остановиться подышать, без этого просто не получается сдвинуть ногу и продолжить идти.

Похоже на гипоксию из-за разреженного горного воздуха. Клеткам тела недостаточно кислорода

Ответить
0

Абсолютно верно!

Ответить
1

Крутая история. Сам ходил только по Камчатке, но тоже знаком с этим чувством когда уже ноги отваливаются, но надо идти. В последнее время больше склоняюсь к покорению техникой)

Ответить
0

Это как? Подъемники или о чем ты?

Ответить
0

Авто/мото

Ответить
0

Я каждый раз в горах задумываюсь о мотоцикле. Сам не умею, но мысль о возможности беспрепятственно ездить очень нравится.

Ответить
1

очень крутой рассказ! Спасибо за то, что поделились! 

Ответить
–1

вот вы долбоебы, сделать первое восхождение без подготовки на такую высоту, да ещё и без группы и проводников, а кто там роль шерпов выполняет?

Ответить
2

Да ну какое "восхождение", я вас умоляю. Это просто так красиво всё расписано, читаешь, ну прямо К2 с Анапурной. Как правильно заметили выше, это комфортабельная туристическая прогулка со всеми удобствами. Ну то есть ребята молодцы, что пошли а не водку по подъездам, но... 
На Эльбрус с юга может зайти вообще любой, без опыта и так далее.  Инвалидов и беременных довозят на ратраках до Пастухова или даже до 5000.

Что-бы вы понимали масштабы катастрофы скажу, что как-то раз группа энтузиастов как-то заехала на вершину Эльбруса на Ленд Ровере.

Ответить
0

то-то на этой "туристической прогулке" каждый год с десяток трупов. Не стоит недооценивать Эльбрус, он легкий пока погода благоволит

Ответить
0

Совершенно не сомневаюсь. Гораздо, гораздо больше, чем погибло на Эвересте(внезапно!).
Вы не в штуках, вы в процентах считайте, и учитывайте контингент. А то опять окажется, что самая опасная "вершина" - это пересечение МКАД и ТТК, а Месснер - он так, погулять вышел.

Ответить
0

Внезапно это только для тех, кто про горы на диване читает. Никто не говорил, что Эльбрус - пипец какая страшная гора. Но и утверждать, что фигня какая-то, легкий сугробик куда любой забежит ненапряжно - тоже перебор, мягко говоря. Начитаются таких утверждений и прут потом по Косой в кроссовках и без кошек - а чо такого, я сильный, ловкий и здоровый...

Ответить
0

Только на другую вершину)

Ответить
0

Группы и проводники - это способ заработать, для всего остального есть ютуб. Аналога шерпов на Эльбрусе нет. Там канатная дорога до 4000.

Ответить
0

Я побуду снобом и возражу. Гиды нужны, по крайней мере для грамотной оценки ситуации и погоды. Вообще вам очень повезло, во-первых потому, что вы встретили ребят с навигаторами, во-вторых, что погода вас не накрыла. Идти до 12 — это очень долго (я сейчас больше о том, что на Эльбрусе обычно разворачиваются, как мне рассказывали, в 10, где бы ты ни был, потому что иначе может накрыть и всё). Плюс пафос вроде "я уже начал бороться по-настоящему" вас легко мог погубить — в горах, когда возникает катастрофическая усталось ещё на подъёме, уже есть риск. У нас с севера погиб парень из группы Ирландцев на "седле", причем мы их встречали на акклиматизации, и ребята были вполне опытными. Поэтому не надо пропагандировать самостоятельные подъемы и испытывать удачу, это далеко не простая гора. 

А фото кайфовые, респект 

Ответить
0

Как раз таки гиды нужны для тех, кто не готов думать, решать и готовить сам. Посмотреть прогноз погоды, посмотреть на небо, сварить гречку - это можно сделать самостоятельно. Гиды делают тоже самое, только за деньги. Разница лишь в опыте, но чистое небо оно и за 50 тысяч чистое.
В тот день забралось на гору 10% восходивших, и один я из приюта 11. Все, кто вышел раньше или торопился, ушли назад. Почти все коммерческие группы развернулись, зашли только самостоятельные ребята. Навигаторами мы так и не воспользовались, потому что погода была нормальная. Как раз таки главным правилом была погода. Мы были готовы развернутся хоть в 10 метрах от вершины, если бы все стало плохо.
Нам знакомый гид вип туров сказал, что время разворота - 12.00. От этого и отталкивались.
А так, конечно, самостоятельно рисковало, но горы и есть риск. Если ты мудак, то тебя и гид не спасет, и дело случая возьмет свое. Народ же как-то умудряется в себя ледоруб воткнуть.

Ответить
0

Насчёт последнего согласен, насчет гидов — всё же нет. Я вот тоже пересмотрел кучу видео, мониторил в штурмовом лагере погоду (была связь, я удивился), но когда видел, что вроде всё ок (это первый день штурма был, читай — я бы пошел), гору накрыл шторм, в котором как раз погиб ирландец. И в целом насчёт погоды не согласен — нас на склоне очень быстро накрывало. То есть, ночь могла быть ясной, 9:00 ясно, 9:15 — шторм, облака и полный пиздец. 
Для первого восхождения я бы не советовал отказываться от опытных гидов. Ютуб-ютубом, а опыт не пропьешь. Можно почитать недавнюю историю на TJ про Альпы, где гиды спасли русской команде жизни (группы накрыла лавина)

Ответить
0

огонь, было очень интересно читать!
Можешь примерно озвучить бюджет на всю поездку?

Ответить
1

6872 самолёт и поезд
5405 жилье
5000 еда
1000 канатка
5500 аренда

Итого 23-24 тысячи. Правда есть ощущение, что на еду было потрачено в два раза меньше, но я уже не вспомню.

Ответить
0

вдохновляюще и по делу, спасибо! А какой месяц это был?

Ответить
1

Начало июля

Ответить
0

Круто, молодец

Ответить
0

приятно вспомнить, тоже на вершину поднимался

Ответить

Комментарий удален

0

Для меня самими сложными метра и были те 300 метров ровной поверхности перед вершиной. Они были на самом деле бесконечными. Шаг чередовался с пятью вдохами-выдохами. Но это того стоит.
Еще вопрос, на какой телефон фотографировали?
https://www.instagram.com/p/Bz5c5lDC11u/?igshid=13xmip57nrq9q

Ответить
0

Да, ровные участки(полка и плато) мне тоже очень тяжело давались. Ноги не шли. На наклоне почему-то было проще.
Снимал тогда на iPhone SE и Canon 6D.

Ответить
0

А что за объектив?

Ответить
Обсуждаемое
Технологии
В Великобритании раскрыли «самую опасную киберпреступную группировку» — русских хакеров под псевдонимом Evil Corp
Злоумышленники работали под никами Shluhnet, Vzalupkin, Tigrr и не только.
Истории
«Неужели я так глупо выгляжу со стороны?»: монолог человека с обсессивно-компульсивным расстройством
Ежедневные ритуалы, паника из-за отсутствия нужных носков и жизнь на грани нервного срыва.
Интернет и мемы
Хм, а ведь так и есть
Популярное за три дня
Новости
В Минске несколько сотен человек вышли протестовать против интеграции Белоруссии с Россией
В городе проходят сразу две акции протеста.
Новости
«Новая Газета» и «Эхо Москвы» взяли Егора Жукова на работу
В «Новой» он будет работать корреспондентом отдела политики и экономики, а на «Эхе» — внештатным обозревателем.
Интернет и мемы
Хм, а ведь так и есть

Прямой эфир

[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "i", "ps": "cndo", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "Article Branding", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cfovy", "p2": "glug" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "disable": true, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byswn", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "cndo", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223677-0", "render_to": "inpage_VI-223677-0-130073047", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=cndo&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Баннер в ленте на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudv", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "ccydt", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "cndo", "p2": "fzvc" } } }, { "id": 20, "label": "Кнопка в сайдбаре", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "chfbk", "p2": "gnwc" } } } ]